Вот так всегда в бою и бывает. Кто-то замешкался, кто-то кинулся на помощь раненому другу — и всё, строй сломан, всё смешалось в кучу-малу, в которой каждый за себя. И побеждает обычно та сторона, которая дольше сохранит дисциплину. К счастью, трогглы этим в принципе не страдали. Только вот их вокруг собралось уже как-то слишком много, пусть пока и на некотором отдалении…
— Мы все умрём! — оглядываясь по сторонам, завизжала прежде молчаливая девчонка из «Сигмы».
Её визг прервала смачная затрещина, полученная от леди Джейнифер.
— Умрём, так умрём, орать-то чего, — пробасила моя бывшая невеста.
— Не спешите нас хоронить, у нас ещё здесь дела, — прервал я упаднические настроения. — Всем собраться в круг!
Так, пока все живы — это хорошо. Почти все при оружии… Но только почти. Китти так и не успела подобрать своё копьё, а костяное, с трудом выдернув его из туши убитого троггла, вернула Гвин.
— А девчонку так и не спасли, — заметила Аннабелль.
Ну да, прям очень вовремя напомнила! Тьфу!
Ещё бы знать вообще, в какую сторону ломиться её спасать. Крик так и не повторился. Возможно, троггл сразу свернул шею найденной крестьянке.
— Разлом! — слегка визгливо выкрикнул Рон.
Я обернулся в сторону черного Разлома-ворот, но меня похлопали по плечу и указали куда смотреть.
Белый Разлом, совсем небольшой, узкая дверца, а не ворота. И первая вышедшая из него фигура тоже была в белом. Ещё и с каким-то куском белой же ваты на плече… А вот следом выскочили две фигуры в синем и ещё одна в чёрном. После чего белая межпространственная щель исчезла, захлопнулась.
— Удивительно, что кавалерия в этот раз прибыла вовремя, — с явным облегчением в голосе рассмеялась Аннабелль.
А белый «кусок ваты» раскрыл зелёные глазища и издал громкий мяв.
— И что вы тут устроили? — оглядываясь по сторонам, спросила леди Хлоя.
Сидящий у неё на плече Феликс повторил свой раздражённый мяв.
— Попытку героического спасения невинных мирных жителей, заканчивающуюся героической же смертью, — отозвался я, пожав плечами и оглядывая четвёрку кураторов.
Хлоя, «тётушка» Ингрид, Гарольд и Эвелина. Ого, пока мы тут бродили, синтоид успела выйти из «ремонтной комы»!
Какой-то троггл не впечатлился внезапным появлением нашего подкрепления и с рычанием двинулся к кураторам. Хлоя направила в его сторону раскрытую левую ладонь, с которой сорвалась ослепительно-яркая белая стрела. На землю упала нижняя половина мутанта, заканчивающаяся в районе пояса, остальное просто испарилось во вспышке.
— А теперь ещё раз и без дурацких шуточек, — потребовала она, вновь обернувшись ко мне.
— Какие уж тут шутки, — развёл руками я. — Но сейчас как бы не до подробностей. Лучше скажите, вы тут какими судьбами?
— Твой мохнатый фамилиар бегал по всему Форту и истошно орал, — сообщила «тётушка». — Они так себя ведут обычно тогда, когда хозяину грозит смертельная угроза.
Хм, любопытно… Кажется, прямо смертельная опасность мне начала грозить где-то с минуту назад. Да и то только в перспективе. До того вроде вполне справлялся. Хотя если Феликс чувствует моё эмоциональное состояние, то вполне мог обеспокоиться. Или скорее попытаться привлечь внимание и позвать на помощь. Насчёт того, что этой пушистой заднице небезразлична моя жизнь, я несколько сомневаюсь.
—
Вот в кошачий эгоизм верю, безоговорочно. Все эти пушистые паршивцы такие. Но такими мы их и любим. Энергии надо? Да бери, не жалко.
Кто-то из трогглов, глядя на судьбу самого агрессивного товарища, придумал план атаки получше. Он с рёвом сгонял в нашу сторону чешуепсов. Всё же собакоподобные монстры у них не ручные, но привыкли сопровождать разумных мутантов в надежде поживиться свежими трупами, которые те бросают. Ну и привычка бежать туда, куда гонят более крупные монстры, при этом вырабатывается автоматически — иначе дубиной пришибут. Тоже своеобразная дрессировка, хоть и специфичная.
— Я разберусь, — объявила Аннабелль, выступая вперёд, к набегающей своре чешуепсов, и размахивая цепями.
Ответом ей стал презрительный мяв. Феликс соскочил с плеча Хлои, ещё в полёте начиная расти. На покрытую пеплом землю приземлилась уже пушистая зверюга размером с тигра. Теперь мяв превратился в грозный рык.
Бегущие первыми псы даже слегка опешили и затормозили. Но котяра одним прыжком оказался перед ними, расшвыривая в стороны ударами когтистых лапищ. Кажется, он даже ещё подрос. А меня чуток шатнуло, будто от слабости…
Эй, хорош тянуть из меня энергию!
—
