Тьма кромешная полностью

Вот бедная фантазия инквизиторов и их предшественников и сформировала образ врага, противовес, вобравший в себя все отрицательные черты, а якобы поклоняющиеся ему ведьмы (носители остатков дохристианского мировоззрения/практик плюс еще процентов девяносто тех, кто в бредни охранителей умов попал случайно, для профилактики) и еретики (любые вольнодумцы, т. е. потенциальные заговорщики против сакральной власти) стали по воле доминиканцев в инквизиторских протоколах участниками шабашей – католических месс наизнанку.

Альтернативные официальной религии явления инквизиторы поместили в свою систему координат. Это стало шаблоном, в который необходимо было загонять всех потенциальных мыслепреступников. Вновь процитирую Элиаде: «Преобразование под давлением инквизиции, тайного культа плодородия в черную магию наиболее ярко иллюстрируют метафоры судебных процессов над benandanti (бродяги, бегуны)».

И далее:

«Следствием многочисленных процессов над бенанданти стало постепенное обретение сектой примет сатанизма, согласно модели, которую им упорно навязывала инквизиция, тогда как нет сомнения в том, что первоначально речь шла именно о пережитках культа плодородия».

А побочным продуктом процесса загона в формат стали многочисленные протоколы и книги, подобные «Молоту ведьм». За долгие века им удалось сформировать столь проработанный образ врага, что его эгрегор начал наполняться, и если обвинения катаров/альбигойцев или тамплиеров в поклонении дьяволу в примитивном, вульгарном представлении, адаптированном к восприятию чернью (идею дуальности мироустройства и катары, и тамплиеры восприняли с Востока и, безусловно, не были чужды изучения этого наследия), загоняли реальность в абсолютно извращенные измышления протоколов инквизиции, то в веке XVII появились те, кого доминиканцы упорно создавали все эти столетия, т. е. люди, искренне верившие в то, что если воссоздать в реальности басни, продиктованные комиссарами ведьм (были в средневековой Европе комитеты ведьм – Hexenausschusse и комиссары ведьм – Hexenkommissare, их задачей было выслеживать повсюду ведьм, потом они же их и судили, а после аутодафе, т. е. сожжения, получали конфискованное у ведьмы имущество, это был формат инквизиции в протестантских странах после Реформации) тем, кого пытали на дыбе, то можно приобщиться к некоей тайной древней мудрости и наследовать некоей древней традиции. Так, при французском дворе и появилась «черная месса».

И еще. Говоря о временах, когда мир еще не был расколдован, нужно принимать во внимание такой фактор, как ржаная волчанка или спорынья (дело не только в этом, есть ряд подобных фактов, просто объединим их под этим условным названием – фактор спорыньи). То есть мировосприятие людей того времени было таково, что они могли видеть, скажем, ведьм, летящих на бревнах. Это была иллюзия. Но разве коллективная иллюзия не становится уже реальностью? Факт отсутствия лекарства в плацебо делает его не лекарством? Или не делает? Думаю, эту мысль лучше всего иллюстрирует следующая цитата:

«Все видения Сигурдссона происходят от одного и того же корня. Вернее сказать, не от корня, а от грибка. Вы все знаете, что, когда рожь при уборке отсыреет, на ней появляются такие черные рожки, спорынья. У вас, норманнов, она зовется rugulfr, ржаная волчанка. И мы все знаем, что зерно нужно высушивать, а со спорыньей есть его нельзя. Но полностью избавиться от спорыньи очень трудно. Она вызывает видения, а в больших дозах сводит с ума. Думаю, наш друг особенно к этому восприимчив, так бывает с некоторыми людьми. Его видения появляются после того, как он поест ржаной хлеб или ржаную кашу. А что мы едим здесь с тех пор, как кончились наши запасы? Мы едим белый хлеб из хорошо просушенной пшеницы…