Это простое напоминание шарахнуло гостей как пыльным мешком по голове, залив лица пунцовой краской стыда. Как они могли забыть о простейших правилах приличия?! Волшебники, даже не будучи сами по себе злодеями, люди по натуре очень мнительные и могут обидеться на любую мелочь, сочтя это признаком неуважения к себе.
— О, Аллуит, как мы могли забыть?! — протянутая к лакомству рука хаммада быстро отдёрнулась обратно, будто обожглась. — Моё имя — Сорах ас'Хазир, устад. Я шайрун, путешествующий по пескам, поющий песни и рассказывающий слушателям сказки и легенды о былых временах.
— Лиллис… — Виновато опуская голову, представилась девушка, чёрная кожа которой стремительно становилась коричневой. — Простите нас, устад…
— Не стоит извинений, дитя — Небрежно отмахнулся волшебник как от чего-то несущественного. — Было бы жестоко изнурять церемониями умирающих от голода. Так как говоришь твоё имя? Лиллис и… всё?
— Отец называл меня Азасэрху. — После короткой паузы с некоторым вызовом ответила бала, исподлобья метнув в волшебника взгляд чёрных очей.
— Свободолюбивая… — Тут же перевёл для себя Коэнна, довольно кивая. — Это прозвище тебе подходит. Так, что занесло вас двоих в пустыню? Да ещё и пешком?
Мужчина и девушка переглянулись, не зная как начать свой рассказ. Произошедшее с ними казалось слишком невероятным чтобы в него мог поверить тот, кто не видел этого своими глазами.
— Мы беглецы. — Ответила за них обоих Лиллис. — Нашего селения больше нет… его уничтожил колдун.
— А до него он уничтожил ещё одно. — Вставил своё слово Сорах. — Я сам видел лишённые глаз тела тех, кто пытался спрятаться от него в колодце.
— С чего вы решили, что это был колдун? — Резко встрепенулся чародей, услышав о безглазых покойниках. Чесночная головка, которую он до этого сосредоточенно обчищал от шелухи, держа её на ладони, тут же оказалась забыта.
— Мы видели это своими глазами. — Сорах сглотнул, вспоминая увиденное им завораживающее зрелище небесного водоворота. — Я не знаю как это описать… Словно в небесах разверзлась воронка, ненасытная как пасть самого Шайтана. Я слышал рёв и вой, плач и предсмертные крики. Это было страшно…
Сорах осёкся, увидев с каким напряжённым видом слушает его чародей. Брови Коэнны были сведены к переносице, а устремлённый сквозь ас'Хазира взгляд быстро мрачнел, как наливающаяся грозой туча. Из стиснутого, до белых костяшек, кулака, брызнул бурый сок, забрызгавший лицо и одежду Коэнны.
— Это чистая правда, устад!
— Мы не лжём! — Добавила со своего места Лиллис. — Клянёмся вам Аллуитом…
— Я верю. — Чародей сморгнул, выходя из своего странного оцепенения. Разжав кулак, он с сожалением выложил на стол то, что осталось от раздавленного лакомства. — Какая жалость… в детстве я готов был есть его бочками. Матери приходилось проявлять чудеса изобретательности, чтобы спасти наши запасы от полного разорения.
В руках волшебника возникло полотенце, которым он тщательно вытер забрызганные руки и лицо. Закончив с обтиранием, он положил её на стол между тарелками и вежливо поинтересовался у сыты ли его гости. Те согласно закивали в ответ, всем своим видом демонстрируя полную сытость.
— Тогда пойдёмте — я покажу вам ваши покои. — Коэнна поднялся со своего места и блюда на столах тут же исчезли вместе с объедками.
— Но устад! — Запротестовал ас'Хазир, которому совсем не хотелось оставаться в этом странном месте, не смотря на всё его радушие и гостеприимство хозяина. Лиллис состроила за спиной волшебника умоляющие глаза, но Сорах сделал вид, что не заметил этого. После встречи с колдунами Саракаша он стал с опаской относиться к чародеям, а тех, кому служат джинны вообще бы обошёл стороной. — Мы не хотим вас так утруждать. Мы будем благодарны, даже если вы просто дадите нам с собой воды и еды и укажите дорогу до ближайшего селения.
О верблюдах или конях он не просил, понимая, что это была бы уже вопиющая наглость.
— Я живу в сердце пустыни. — Выслушав его, возразил чародей. — В стороне от городов и караванных дорог и ближайший от меня город это руины Раколина на Востоке, до которых вам придётся десять дней трястись на верблюдах.
Мужчина и девушка снова переглянулись, обмениваясь озадаченными взглядами. Останки старого города, где родился первый Пророк Исса, были затеряны в песках далеко на Юге от того места где впервые встретились Сорах и Лиллис. Для понимания, торговому каравану требовалось бы больше месяца, чтобы пройти подобное расстояние. Они не могли блуждать в пустыне так долго!
— Кажется, вы не совсем понимаете, где находитесь. — Глядя на их умственные потуги, усмехнулся волшебник. — Выйдите на балкон и взгляните — по этой ли местности вы пришли ко мне?
