– Ты ни в чем не виноват. Уж это ты должен знать. Эти молодые люди, может, и выглядели милыми, но на самом деле у них были проблемы. Серьезные психические проблемы. Они использовали свою внешность, чтобы манипулировать другими людьми и причинять им боль. Ты просто остановил их, чтобы они не навредили остальным. Не навредили, как когда-то навредили тебе. Ты выжил, ты справился, и теперь у тебя есть цель.
Том закрыл глаза, даже сквозь опущенные веки ощущая яркое сияние солнца, на какой-то краткий момент ему словно вновь стало тринадцать лет. Он снова лежал в больничной койке. Нападение в школьной душевой закончилось переломанной челюстью, разбитой глазницей и сломанными ребрами. Пинали его так сильно, что в почке у него случилось внутреннее кровотечение, и моча в мешке, подсоединенной к катетеру, оставалась розовой целых две недели.
Трех мальчишек из школы исключили, но остальные остались безнаказанны. Никто не вступился за Тома. Все они сказали, что ничего не видели, и даже учитель, мистер Пайк, сказал полиции, что нашел Тома после, уже истекающего кровью на полу душевой.
Он полностью выздоровел, но так и не нашел ответ на вопрос, почему с тех пор его бесконечно снедали гнев и страх.
Плохой опыт он получил и в двадцать лет. Все мужчины, с которыми он спал – или хотя бы пытался, были очень жестоки. Тома использовали, над ним издевались, его избивали. И только когда он платил за секс, то мог обрести хоть какое-то принятие. Когда ты платишь, они не имеют права жаловаться.
Тогда Том решил стать кем-то другим. Он решил, что ему необходимо взять все в свои руки. Тогда-то все и начало принимать значительно более мрачный оборот.
Движение за окном машины выдернуло Тома из воспоминаний. Сзади него на обочине остановился большой грузовик, мимо проносились машины. Том взглянул вниз и понял, что все это время он раз за разом бил кулаком по рулю.
За окном стоял невысокий дородный мужчина с блестящей от пота лысиной.
Том медленно опустил руку и попытался перевести дыхание.
– Ты в порядке, приятель? – спросил мужчина. Выглядел он обеспокоенным, даже, пожалуй, немного испуганным.
Том закрыл окно, и его машина с визгом сорвалась с места, выезжая на дорогу. Когда в зеркале заднего вида пропало отражение растерянного мужчины, глядящего ему вслед, Том все же обернулся.
Он очень надеялся, что тот не запомнил его лица.
Когда Сара позвонила Тристану, он как раз ехал по набережной Эшдина.
– Мне нужно с тобой поговорить, – сказала она строгим голосом, и Тристан немедленно почувствовал себя так, словно сделал что-то ужасное.
– Твой тон меня немного пугает, – произнес Тристан. Впереди уже виднелся его дом, так что он взял курс на парковку.
– Это довольно серьезно, – сказала Сара. – Твою заявку на рефинансирование ипотеки отклонили.
Только-только припарковавшийся Тристан выключил мотор, чувствуя, как по спине градом начинает катиться пот.
– Ты же сказала, что ее приняли.
– Гарри подумал, что если он руководитель банковского филиала, то сможет обойти систему. Но потом кто-то из главного офиса решил проверить утвержденные заявки и выяснилось, что зарабатываешь ты недостаточно… По крайней мере, по бумагам.
– Ты о чем? Деньги у меня есть.
– Агентство не считается, потому что это только что созданный бизнес. Прежде чем доход от него будет учитываться, необходимо подать налоговые декларации за прошедший год.
– Ладно. И что мне тогда делать?
– Для начала – перестань паниковать. Это значит, что в этом месте сумма выплаты за ипотеку будет рассчитана по общему годовому доходу. Прибавка выйдет не такая уж и существенная.
– Сколько конкретно?
– Сто пятьдесят фунтов стерлингов.
– Это довольно большие деньги, – заметил Тристан, быстро прикидывая бюджет. Денег ему и сейчас хватало впритык, а если полиция заново откроет дело Джоанны Дункан, то Бев может и отказаться от их услуг.
– У нас есть еще месяц, чтобы все утрясти. Мы со всем разберемся. Тебе нужна помощь с выплатой? – спросила Сара.
– Нет, спасибо.
– Хотела бы я, чтобы тебе не приходилось жить с чужими людьми… – В трубке зашуршало, когда Сара внезапно отложила телефон в сторону, а затем Тристан услышал, как ее тошнит.
– Сара?
– Ох. Прости, – сказала она.
– Ты все еще не выздоровела?
Она глубоко вздохнула.
– Трис, мне нужно тебе кое-что сказать… Я беременна.
– Ого. Это же чудесные новости. – воскликнул Тристан, искренне радуясь за свою сестру. – Правда, я думал, ты хотела с этим немного подождать…
– Хотела. Так что для меня это все большое потрясение. Я буквально только что узнала. Сделала тест минуту назад, – сказала Сара.
– Где Гарри?
– На работе. Так что ты первый человек, которому я рассказала.
Теперь ее голос звучал меланхолично и как-то отстраненно.
– Это замечательно. Ты замужем за человеком, которого любишь. У вас есть приличная работа и дом. И даже свободная комната найдется, – подбодрил ее Тристан.
– Я знаю. Я рада. Я буду рада. Просто я… беспокоюсь. Все так навалилось. Я вообще достаточно себя знаю, чтобы вот так вот взять ответственность за жизнь другого человека.
