Гравийную дорогу заволокло утренним туманом, и мы продолжили движение в том же направлении, что и на «УАЗ — Буханке». Пересекли реку по небольшому деревянному мостку, напились ледяной воды из придорожного ключа. Когда проходили мимо безлюдной деревушки, я отошел от разговорившихся иностранцев — Жан и невысокий скандинав Миккель вспоминали о своем служении тьме и переходящих в иную плотность людях. Упуская много интересной информации, я поравнялся с размеренно идущим Фабио.
— Фабио ты же бывший прислужник Аваддона?
— Si.
— Жан говорил о писаниях церкви «Последних свидетелей», мол, там описаны происходящие события. — Испанец вцепился в меня взглядом, ожидая продолжение вопроса. — Люди, перешедшие в иное измерение. Сколько их от общего числа людей и могу ли я…
— Писание аллегорично — конкретики нет. Но суть в том, что Аваддон стремиться поглотить во тьму всех. Вот что я знаю точно, люди с тьмой внутри не перенесутся и среди них прислужники.
— Так за что ты сражаешься?
— Ангел тьмы скоро перестанет нуждаться в свите, я не желаю быть расходным материалом. Может, удастся уничтожить его или хотя бы приостановить.
Закончив разговор, я подошел к Ларе. Она безучастно взирала на происходящее. Потеря Влада и также воителя Жени, окончательно надломили хрупкую девушку. Так и не решившись начать разговор, я продолжал сопровождать одиноко идущую Лару.
Дорога тянулась выше в сопку. После каменного карьера на вершине мы свернули с нее и оказались в смешанном лесу. Штаны и сапоги покрылись слоем воды сбитой с высокой травы. Влажный тяжелый воздух забирал много сил, а старик Густав все не уступал остальным. Он шел впереди, попутно общаясь с мужчиной в длинном плаще, изредка из кейса Клима доносился голос Грума. Миновав несколько густых лесов и заросших полей, у подножья пологой сопки, Густав сошел с тропы и скомандовал остановиться на привал. Команда из девяти человек расселась на рядом поваленные деревья. Устали все даже неугомонный старик. Чемоданчик у ног Клима нарушил образовавшуюся тишину:
— Прошу всех надеть капюшоны.
Я вслед за остальными накинул капюшон с треугольным вырезом — перед лицом появилась прозрачная голограмма. Она лишь немного дополняла обычный вид: к очертанию сидящих ополченцев добавилось инфракрасное свечение, лица людей пугающе исказились, уже привычно на местности синим стали выделяться места возможных укрытий. Голос Грума стал вводить нас в принципы новых опций капюшона:
— Анализируя релевантность, мигающим красным я буду выделять потенциальные мишени. В бою вы можете общаться не только со мной, найдя нужного из отряда и задержав взгляд на нем, вы передадите информацию адресно. Еще я могу вывести на визор: возможные режимы стрельбы плазмоганов и карту местности с оптимальными маршрутами.
Люди, сидящие на поваленных деревьях, разом подняли руки вверх и выкриками с разных концов соглашались с предложенным нововведением. У меня в просвете капюшона по бокам появились: силуэт человечка в комбинезоне с данными: состояние брони семьдесят процентов, контур пистолета: режим II, мощность I и карта местности с двумя бревнами и красными точками на них. Я взглянул на Клима и Густова, как в компьютерной игре их имена высветились над головами. У Густава капюшон выходил из рюкзака, накинутого на плечи. А вот весомый плащ Клима, видимо сам по себе представлял кинетический бронежилет. Капюшон у него был заметно крупнее, визор-голограмма в его просвете была на все вытянутое лицо Клима.
— Пристрелка оружия не получиться, но возьмите свои плазмоганы, — продолжил Грум и после исполненной просьбы, снова заговорил компьютерным голосом. — С левой стороны рукояти сенсоры регулировки интенсивности стрельбы, от почти сплошной до одиночной. — Я взглянул на рукоять небольшого пистолета-джойстика: вряд располагались прямоугольные кнопки-сенсоры, рассчитанные под пальцы сжимающие оружие. — На цевье плазмогана сенсоры для корректировки силы заряда. Важно не перегревать плазменный реактор — взрыв может произойти за секунды.
На объемном цевье также расположились прямоугольные сенсоры. Я вспомнил о том, как вознесшийся Влад знакомил нас с оружием будущего, так и не позволив переключить его на интенсивную стрельбу.
— Теперь о главном, — Клим остановил ознакомительный курс искусственного интеллекта. — Снимите капюшоны. Грум выведи карту-макет.
Между поваленных деревьев возникла объемная голограмма рельефа местности, со странной конструкцией находящейся под землей; в виде перевернутой игрушки пирамидки, кольца которой, находясь друг от друга на расстоянии уменьшаясь, сходили вниз к большой прямоугольной галереи. Круговые тоннели соединялись между собой одним лестничным пролетом, также соединялись с центральной шахтой, проходившей через центр всей конструкции, к большому подземному залу. На поверхности эта шахта венчалась прямоугольной башней с высокими воротами, строение было не одно, вокруг располагалась россыпь мелких сооружений. И все это находилось на дне круглого карьера с плоским дном.
