Кан ударил клинком, метя в шею, но промахнулся. Попал в череп животине, и та жалобно заблеяла. Маг ударил второй раз, третий. Вокруг полетели брызги крови, попадая в лицо, и голова животного, наконец-таки, отделилась от тела. Бессмертный схватил тушу и легко закинул в центр круга. В это время в проёме появился силуэт медведя-оборотня. Он шумно втягивал ноздрями воздух – почуял свежую кровь. И утробно зарычал, кода двинулся к кругу. Но, увидев рядом с кругом мага и Аш-Шея, в последний момент передумал, остановился на секунду и ринулся на них. Кан даже среагировать не успел, но бессмертный оказался на высоте. Бросился наперерез животному, схватил его и пытался повалить. Оборотень, будто нехотя, отмахнулся от бессмертного, и тот безвольной куклой улетел в сторону. Юный маг очнулся, и прыгнул в круг. За ним последовал медведь, и тут сработало заклинание.
Сай, зрение которого стало невероятно резким, острым, а мысли холодными, увидел, как медведь утробно взвыл, и стал корчиться, извиваться, раздирая себя лапами. Юноша выпрыгнул из круга, и, не отрываясь, смотрел на происходящее. О трансформации парень только читал в книгах, но увидеть такое чудо вживую дорогого стоило. Медведя корёжило, он то расплывался, то вновь обретал чёткость. Раздваивался, троился, шерсть пропадала. Лапы худели, на глазах превращаясь в руки, и, наконец, в центре круга застыл человек, свернувшийся калачиком, словно эмбрион в утробе матери.
– А я его знаю, – болезненно улыбаясь, сообщил Аш-Шей. Он тоже подошёл к кругу, и встал рядом с Каном. Смотрелся бессмертный жутковато. Когти оборотня располосовали ему пол-лица. Левую руку, практически оторванную у плеча, бывший маг прижимал к туловищу правой конечностью.
– А кто ж его не знает, – проворчал вдруг оказавшийся рядом и домовой Афан. Кан даже спрашивать не стал, откуда брюзга здесь взялся. Он старался угадать, кого узнали его соратники. И вдруг понял!
– Брендей! Охранник постоялого двора! – воскликнул юный волшебник.
– Браво, – желчно ухмыльнулся бессмертный. – Не оторвал бы этот молодец мне руку, я б вам зааплодировал, ваше магичество!
В это время Брендей зашевелился, и сел, глядя диковатым взглядом на присутствующих. Помотал головой, и домовой заверещал вдруг:
– Бей его, Сай! Бей клинком, пока не очухался!
Кан уже поднял было меч, но Брендей, вместо того, чтобы прятаться, кинуться на них или пытаться вырваться, сел на колени и наклонил голову:
– Прошу вас, убейте меня, господин маг! Сил больше нету так жить!
Такой поворот даже Афана заставил заткнуться. Воинствующий коротышка насупился, и отошёл в сторонку, сверкая глазками.
Кан ухватил обеими руками рукоятку, поднял клинок ещё повыше и… опустил. Глянул виновато на Аш-Шея, и признался:
– Не могу! Не палач я. Вот в схватке, когда он кидался…
Бессмертный сочувственно улыбнулся, бросил на землю левую руку и протянул к магу правую:
– Давай, я рубану.
Кан посмотрел секунду на Аш-Шея, и вдруг спросил у Брендея:
– Ты урождённый оборотень или приобретённый?
– Урождённый, ваше магичество, – пробасил охранник.
– Так почему в полнолуние перекидываешься? – удивился уже Аш-Шей. – Ты ж должен по своему хотению в зверя превращаться!
– Проклят был три года назад, – признался Брендей, – Ведьмой одной.
– Проклят, говоришь? – переспросил Кан, и стал всматриваться в астральные нити оборотня: – Аш, а видишь вот эти две чёрные линии?
Бессмертный задумчиво кивнул.
– Может, попробуем убрать?
– Да вы с ума сошли? – взвизгнул домовой, – Оборотень – он и есть оборотень! Хоть сам превращается, хоть в полнолуние. Сам дык ещё хуже! Он, чтобы мы секрет его не выдали, нас же и порвёт в первую очередь!
Кан, весь дрожа от усталости, откинулся к стене сарая, и выдохнул:
– Ну вот, вроде и всё!
Домовой, в знак протеста против излечения урождённого оборотня Брендея, сидел, отвернувшись спиной к волшбе. И даже его лопатки, проступающие сквозь лохмотья, выражали презрение и негодование.
– А действительно всё, – удивлённо кивнул Аш-Шей. Бессмертный вновь поднял свою оторванную руку, и пытался прикрепить её на место: – Даже не слышал о таком заклинании!
Брендей же с удивлением ощупывал себя, не понимая, что происходит.
Юный маг решительным движением разорвал магический круг и велел:
– А ну, выходи! Пока луна светит!
Оборотень робко, втянув голову в плечи, шагнул наружу, и зажмурился от страха. Почуяв, что ничего не происходит, открыл глаза, и они вдруг наполнились слезами. Огромный мужик бахнулся на колени перед магом и попытался поцеловать ему руку:
– Ваше магичество! Век за вас Гура молить буду! Вы ж не только меня, вы душу мою спасли! Я ведь специально сюда убегал, чтобы на людей не дай Гур напасть!
Кан смущённо выдернул руку и спросил:
– А когда полнолуние не влияло на трансформацию – разве не перекидывался?
– Редко, – потупился Брендей. – Когда праздники у нас были. Или война клан на клан. Я ж из клана оборотней. Но мамка у меня человеком была, и мне людское ближе. Вот и ушёл к людям. С тех пор ни разу не перекидывался, Гуром клянусь!
