— Так, ладно… — Костя потёр виски. — Виктор Леонидыч, этого — увести… Нет, отпустить! А нам нужен ещё один стул.
— Сию минуту! — отозвался Виктор Леонидыч и махнул сидящему на стуле. — Давай вставай, дорогой!..
— Я могу идти, да? — уточнил парень.
— Да ты всё равно ничего не знаешь, — пожал плечами Костя. — Иди, конечно… А вы двое давайте, присаживайтесь!
Он встал, переставил свой стул на другую сторону стола, к нам с Бубном, а сам уселся прямо на столешницу.
— С чего начать-то? — спросил я, пристраивая зад на скрипучее пластиковое сиденье.
— Давайте представимся! — решил Костя. — Как тебя, Федя, зовут, я знаю, и ты меня тоже… А вас?
— Бубен… Цов! — ответил мой новый знакомый, тоже не став брезговать пластиковым уродцем, который изображал тут мебель.
— А? — не понял Костя.
И даже склонился поближе.
— Бубенцов Светозар Пеплославович, в смысле… Ну или просто Бубен.
— Тогда лучше Бубен, — согласился Костя.
— Вот я так сразу и сказал! — обрадовался Бубен.
— А я старший следователь особого отдела Полицейского и Тёмного Приказов, Староземский Константин Петрович. И на нас повесили все эти проклятые убийства двусердых. Так что давайте-ка вы сделаете хорошее дело и подробно расскажете мне, как дело было.
В этот момент дверь открылась, и внутрь зашёл Виктор Леонидыч с ещё двумя стульями, поставив их по другую сторону стола. На один сел сам, а на другой указал Косте.
— Убийства? Все? — уточнил я, уловив неправильность в построении фразы. — Это что, не первое?
— Федь, ты новости вообще не читаешь? — удивился урядник. — Это уже второе. Первое недавно произошло в Ишимском отделении Васильков.
— А-а-а… Мне как-то не до новостей было, — признался я.
— Так, давайте сейчас послушаем Бубна, — решил Костя, переместившись на стул, но с сожалением глянув на более удобную, видимо, столешницу. — А ты, Федь, подожди за дверкой… Потом сверим ваши показания.
Он потянулся к рации, лежавшей на краю стола, и, активировав связь, бросил:
— Бак, зайди.
— Принял, — отозвалась рация.
Через десять секунд в комнатку заглянул Миша, и Костя указал ему на меня:
— Посиди с Федей чуть-чуть снаружи, пока я показания возьму.
— Понял… Здорово, Федь! Давно не виделись! — Миша приветливо протянул мне руку.
— Привет! — поднявшись, ответил я на рукопожатие. — Как сам, как устроились в Ишиме?
— Да пока особо не устроились. В процессе, так сказать! — пожаловался Миша.
— Ну вы там ещё чайку вместе выпейте! — хохотнул Виктор Леонидыч. — Федя вообще-то задержанный!..
— Если с чаем, то меня и удерживать не надо! — отозвался я, уже выходя в коридор. — А, кстати, есть чай?
— Нет, чая нет, — с сожалением отозвался Миша, захлопывая за нами дверь. — Ты-то здесь какими судьбами? И, главное, каким боком к этому делу?
— Случайно, — признался я и, ухмыльнувшись, пояснил: — Не в ту дверь зашёл. Я бы даже сказал, не в тот туалет.
— А-а! Так это ты трупы обнаружил? — удивился Миша.
К этому моменту мы успели отойти подальше от допросной комнаты. Так что слышать, о чём говорят Костя с Бубном, уже не могли.
Равно, как и они нас. Всё по правилам, всё чин по чину.
— Ну не прямо я… Знакомый мой, который сейчас у Константина сидит, — уточнил я. — А я просто с ним был.
— Оценил видок у трупов? — ухмыльнулся Миша.
— Да это трындец! — отозвался я, а затем честно и нелитературно высказал всё, что об этом думаю.
После чего добавил:
— Дикость какая-то… Вроде навидался расчленёнки на заставе, а всё равно аж замутило…
— Во! Меня первый раз тоже! Сегодня уже не так остро… — Миша поморщился.
— Слушай, мне чисто для общего развития… А что за первый раз? — уточнил я.
— Ты новости не читаешь, что ли? — Миша уставился на меня.
— Да вы замучили одно и то же спрашивать! — я хоть и возмущался, но откровенно посмеивался. — Не читал я новости, некогда было…
— В местном отделении Васильков недавно девушку зарезали, — пояснил Миша. — Ночью двадцать… Двадцать девятого августа, получается! Там вопросов столько, что мы уже головы себе сломали… Представь… Труп девушки, лежит на дорожке, неподалёку от общежития. Резали её долго и со вкусом. И никто не слышал, а она же должна была кричать. Где-то неподалёку в это время сидела компания учащихся: совещались, как бы в общагу без выговора проскользнуть ночью. И они, не поверишь, тоже ничего не слышали! Плюс к тому, охранник на проходной говорит, что в парк, окружающий училище, девушка входила одна. И вообще, что внутрь заходили только учащиеся… Чертовщина просто!
— Ну да… Прямо как и тут, получается… — кивнул я, напряжённо хмуря лоб, потому как уловил в рассказе смутно знакомую деталь. — Парня и девушку прямо в туалете зарезали, следов крови-то в коридоре не было. При этом совсем рядом охрана стояла.
— Рядом? — уточнил Миша.
— Да, метров десять-пятнадцать, — пояснил я. — У лестницы на второй уровень феатрона было три охранника. Я сам к ним подходил, чтобы об убийстве сообщить.
— Косте обязательно об этом скажи! — посоветовал Миша. — Узнать их сможешь?
