Каждый сегмент, отходивший от грани, был ориентирован по оси верх-низ. Но если внизу шара «верх» и «низ» были нормальные, то в верхней части шара приходилось буквально ходить по потолку. К счастью, слишком высоких потолков в лабиринте не было. Так что до каждого выбранного прохода нам удавалось добраться.
— Если мы наверху, надо понять, где искать выход, — заметил Андрей, когда наша компания из двух уставших тел и трёх личностей присела отдохнуть.
— А он разве не должен быть в самой высокой точке? — удивился Федя.
— Я тоже так думаю, — кивнул Андрей. — Осталось только понять, в какую сторону двигаться…
Впрочем, всё оказалось не так плохо. Нет, искать наивысшую точку шара, конечно, пришлось бы ещё долго. Да и просто, чтобы определить верное направление, пришлось бы много ходить.
Вот только стоило Андрею и Феде выбрать одно из них, как впервые за этот кризис к нам пожаловал «читерский кот».
Сначала нас привлекли громкие вопли. Оказалось, Тёма сидел рядом с одним из проходов и громко орал, пока люди не додумались подойти и увидеть его.
Собственно, этим на сей раз кошачья помощь и ограничилась. Зато она сэкономила и Феде, и Андрею несколько часов, в течение которых они блуждали бы, пытаясь определиться с дальнейшим направлением. А теперь они уверенно двигались всё выше и выше. Ну а я делал воздушным лезвием пометки на стенах, чтобы мы могли вернуться в случае неудачи. А ещё чтобы не потерять заданное котом направление.
И в какой-то момент выход, наконец, обнаружился. Мы вышли в огромный зал, который простирался вниз — потому как был перевёрнут. А в центре зала, в полу, который для нас был потолком, зияла дыра шахты.
Ну а по стене шахты шла выступающая винтовая лестница, по которой можно было «спуститься вверх». А если в нормальном восприятии, то, понятное дело, вниз.
Вот только от края шахты до неё было метров двадцать. А высота зала — не меньше десяти метров. И при падении с такой высоты костей не соберёшь…
— А если мы упадём и разобьёмся? — закономерно обеспокоился Федя, вытянув шею и осторожно глянув вниз.
— Знаешь, самым обидным будет, если мы заново попадём в начало всей этой ерунды… — вздохнул Андрей. — Тогда придётся бежать обратно. Быстро, очень быстро бежать. А быстро при такой хреновой планировке не побегаешь.
— А если не в начало, а просто смерть? — сглотнул комок в горле Федя.
— Ну… Это не самое страшное, что может с тобой произойти. Поверь человеку, который один раз уже помирал! — ободряюще улыбнулся Андрей. — И вообще, не дрейфь, малец, придумаем что-нибудь…
Однако на сей раз придумал не он, а я.
Надо сказать, этот зал очень напоминал тот первый, где начинался путь по лабиринту. Здесь тоже имелись два прохода в потолке. А ещё были статуи, правда, растущие из пола и обращённые вниз головами.
Вот на статуи-то я и начал указывать, мигая огоньками, Андрею и Феде.
Суть моей идеи была проста. Жаль, донести её морганием огоньков оказалось сложно. А то, что очевидно одному, не всегда очевидно другому. Поэтому мне пришлось потратить с десяток минут, прежде чем эти двое догадались, какую именно авантюру я им предлагаю.
А я предлагал использовать статуи, чтобы оказаться ниже. И уже из этой позиции попробовать закинуть верёвку с крюком на лестницу в центре. Если глаза Феди меня не обманывали, из днища лестницы выступали рёбра жёсткости, за которые можно было зацепиться.
Но это всё хорошо в теории. А ты попробуй сначала спуститься по статуе на три метра вниз, а затем — докинуть крюк до лестницы, расположенной в двадцати метрах от тебя и на четыре метра выше.
И всё это, уже болтаясь в неудобном положении.
Просто на то, чтобы спуститься, а затем повиснуть на статуе, ушло не меньше получаса. Делал всё, естественно, Андрей. Федя так боялся высоты, что не смог заставить себя начать спуск. Хотя вначале, конечно, и рвался в бой.
Андрею пришлось тяжело. С его-то массой, тем более. Статуя была нанизана на металлические штыри. И когда к её весу добавился вес человека, она начала с этих штырей соскальзывать вниз, опасно раскачиваясь. И пусть у Андрея была страховка из куска верёвки, но я даже не представлял, что за дивные ощущения он испытывал во время спуска и метания «кошки».
Ну и, естественно, ни с первой, ни со второй попытки крюк закинуть не вышло. В итоге, Андрей сделал не меньше двадцати бросков, прежде чем приноровился кидать в нужную сторону и с нужной силой. Тем более, перевёрнутый зал и сам по себе постоянно обманывал наши чувства.
И стоило Андрею приноровиться, как статуя всё-таки полетела вниз. К счастью, наш старший успел среагировать. Ну то есть повис на страховке и прижался к стене, подальше оттолкнув ногами падающую каменюку.
Изваяние с грохотом рухнуло вниз, на условный «потолок», разлетевшись на части.
— Твою же дивизию! — выдал Андрей, качаясь на страховке. — Ещё бы чуть-чуть… Хорошо, что верёвку успел подтянуть.
