Оружие у всех гостей, по правилам, забирали у входа. Однако на пальцах и руках всё равно хватало артефактов с защитой. И если бы только это… Пусть я не мог видеть количество ответвлений у шрамов, однако догадывался, что среди пришедших нет никого рангом ниже, чем старший боярин.
А это тот случай, когда человек и сам по себе является оружием. Опасным, остро заточенным и, вероятно, натренированным. В общем, состав делегации был не столько дипломатическим, сколько убийственным. И это сквозило в каждой детали.
Все четверо внимательно ощупывали взглядами зал, явно отмечая и расположение охраны, и, возможно, некие странности, которых раньше не было. Они и убежище Рюриковичей и Иванова, похоже, быстро вычислили, пусть и не могли понять, кто скрывается внутри.
Ну а мы старательно делали вид, что не замечаем странного поведения. И не только мы. Слуги князя усадили представителей Морозистых и поднесли чай, сохраняя вышколенно-нейтральный вид.
Но и слуги, судя по спинам, неестественно ровным даже для кремля, ощущали тревогу.
Главы родов подтягивались медленно, группами от трёх до пяти человек. Арсений, видимо, решивший побыть моим гидом по ишимскому дворянству, в какой-то момент не выдержал и удивлённо признался:
— Здесь такая сила собралась… Как бы и вправду Дашкову дворец не разнесли.
С учётом того, что во втором зале ещё не заделали дыру, оставленную гнездом Тьмы, опасения не были беспочвенными…
Ну и да, почти каждый новый гость вызывал миллион вопросов…
Больше полутора сотен сильнейших двусердых Ишима! Собравшиеся в одном месте. Недовольные. Настороженные. Готовые выступить хоть против князя, хотя против царя, хоть за чёрта лысого.
Я только не понимал одного: зачем? Не нравятся тебе порядки или власть — так езжай в другое место, наша страна огромна. Не хочешь на Руси жить? Пожалуйста, здесь никого не держат. Те же греки, думаю, с удовольствием примут сильных варваров при деньгах.
А эти люди были обеспеченными. Они не работяги на заводе. Они аристократия, элита. У них за день уходит денег больше, чем за месяц получают обычные, да и низкоранговые двусердые. С таким богатством нет проблемы переехать, прикупить новое жильё и найти небольшие источники дохода.
Да, придётся многое бросить, включая родные могилы и поместья. Зато останешься жив. И род продолжит существование. А ты не потеряешь родных и близких.
Но нет… Нарушив закон, причём неоднократно, они снова и снова продолжали его нарушать. Тот самый закон, что охранял, помимо прочего, их власть и богатство. И явно не чувствовали за собой никакой вины.
Конечно, не они одни нарушают закон. Кто-то в мелочах, кто-то — по-крупному. Жаль, не все находят в себе силы остановиться. Вот эти рода не нашли… И даже понести наказание за свои преступления не захотели.
А теперь идут убивать, потому что их буквально за руку поймали. Вместо того, чтобы собрать вещи, семейство — и свалить на все четыре стороны. Тем паче, в подобном случае не факт, что кто-то стал бы за ними гоняться, чтобы арестовать.
А теперь гнойник, зревший годами, собирался прорваться кровавой бойней.
Но эти-то ладно… А как я, обычный парень Федя Седов, вдруг оказался в этом замешан? Ещё меньше года назад я тянул лямку на пограничной заставе. И не подозревал, что буду стоять в кремлевском зале для торжеств в Ишиме и готовиться убивать глав уважаемых родов.
— Спасибо, что пришли! — между тем, провозгласил Дашков, заходя на трибуну и оглядывая пришедших. — Сегодня у нас важный вопрос для обсуждения… Как многие из вас, наверно, знают, ночью под стражу были взяты голова Полицейского Приказа и его заместитель. Допросы этих людей…
— По какому праву были схвачены эти люди, ваша светлость? В чём их обвиняют? — прервав князя, спросил с места глава рода Аграфеновых, чем нарушил правила, которые гостям сообщили в начале заседания.
Однако никто его этим не попрекнул. Слуги, как я обратил внимание, уже постарались исчезнуть из зала. Наша сторона не планировала раньше времени обострять обстановку. И только главы приглашённых родов были собраны и злы.
Они пришли не упрёки выслушивать. И не за обвинениями от князя. Они пришли обвинять и упрекать сами.
Они пришли убивать…
