– К сожалению, ты был прав, она действительно получила доступ к нашей информации, – Зоргорн со вздохом отключил последний модуль вычислителя и стер с экрана подборку сообщений от других Хранителей.
– Не поверил бы, несмотря на все данные… Если бы в эпизоде с грозой она не говорила на нашем языке, Светом Смерти клянусь, не поверил бы. Теперь понятно, что означали тогда эти необычные импульсы в пятом слое. По всей вероятности, подобные проникновения действительно имели место и раньше, но они просто не фиксировались ни стандартным тестированием, ни системами безопасности. Фактотум ограничивался пассивным считыванием текущей и оперативной информации и не пытался сканировать основную базу данных.
– Я заблокировал все незадействованные каналы и установил фильтры везде, где только можно, – отрапортовал Таргиз, – теперь путей для проникновения не остается.
– Боюсь, Таргиз, не было бы поздно. Ей вполне могло стать известно и кто такие мы, и все наши планы… и даже – что представляет собой она сама.
– Конечно, – продолжил Зоргорн, – вряд ли она способна понять хотя бы десятую часть того, что могла извлечь из памяти мыслящих машин… Кстати, так и не удалось выяснить, в какие именно блоки она ухитрилась залезть, и это печалит меня едва ли не больше всего. Но если она поймет, то весь план рухнет. Ее нынешних сил и способностей вполне хватит, чтобы отказаться повиноваться нашим командам даже после того, как контроль будет восстановлен.
– Но как такое могло вообще произойти, Наставник?
– Ну, то, что она с легкостью проникла в модули, в принципе можно понять, ведь их структура, в общем, подобна ментальной составляющей. Но каналы? Это действительно считалось невозможным, в соответствии со всеми теориями межфазового перехода, постулировавшими монополярность каналов. Так что не казнись – тебе не в чем обвинять себя. – Ты помнишь, Таргиз, – после паузы продолжил Зоргорн, – помнишь, я говорил тебе, что ее способности сродни характерным для магических миров; кому, как не мне, знать это: я сам происхожу из такого. Видимо, это и сыграло основную роль – ведь там иногда встречается такое, что невозможно объяснить даже с учетом всех свойств этих континуумов…Да, я вот только сейчас подумал: именно такие способности должны были быть у Самого Первого…
…Воистину, мир сходил с ума.
Но судьба вновь и вновь, всякий раз, когда казалось – вот перейден предел всех возможных несчастий и хуже уже не будет, опрокидывала эту призрачную надежду, замешанную на слезах и отчаянии.
