– Ты наша сестра, – сказал Дима. – Не бойся, теперь ты сама можешь напугать, кого хочешь. Например, вредную Майку! Или свою мать. Она дурная женщина. Плохо присматривала за тобой, тяготилась, ей было плевать на дочь.
– Мы умерли? – спросила Лиза, хотя все и так было ясно.
– В черных коридорах время идет по-другому. Ты пропала, погибла давно, Лиза, – сказал ей кто-то из новых друзей. – Больше года прошло. Быть ребенком порой опасно: дети могут заблудиться в лесу, они тонут, падают в люки, их уводят за собой в ночь злобные люди.
– А потом вы… то есть мы все попадаем сюда? – спросила Лиза.
Мертвые дети кивали. Лиза потихоньку привыкала к их виду, переставала бояться. Одни ребята были старше, другие – совсем маленькие.
– Мир пугал нас, мог обидеть, но нынче, когда земная жизнь осталась позади, пугаем мы, – сказал Дима, и Лиза вдруг вспомнила: он виноват в том, что она очутилась в этом месте.
– Ты заманил меня! – сердито сказала девочка. – Если бы не ты…
– Нет, Лиза, ты просто не помнишь. Никто из нас не помнит свою смерть, так уж заведено. Но я расскажу, как все было. Тебе стало скучно, подружка ушла, ты погуляла еще часок, проголодалась и отправилась домой. Твоя мама была недовольна. Уборку она закончила, но к ней пришел друг, они пили вино и разговаривали. Ты помешала им, и твоя мама разозлилась, сказала, чтобы ты пошла и погуляла еще. Ты не хотела, но послушалась. Во дворе не осталась, отправилась на пустырь. Рассердилась на маму, сделала ей назло. Лезть в люк не собиралась, это вышло случайно. Любопытно стало, что внизу, наклонилась – и потеряла равновесие. То ли голова закружилась, то ли напугал резкий звук, ты вздрогнула, не удержалась и свалилась.
Он продолжал говорить, но Лиза не хотела слушать, прижала руки к ушам.
– Хватит! – крикнула она. – Хватит, я поняла!
Ее новые друзья подошли ближе.
– Скоро ночь, – говорили они. – Ночь – это наше время. Мы – хозяева ночи, можем прийти в гости к тому, к кому захотим.
Внезапно Лиза совершенно успокоилась. Не было больше страха, тревоги, отчаяния. Живущие в темноте дети правы: она одна из них, ей нечего бояться, они все заодно.
– К кому захотим? – задумчиво переспросила Лиза.
Дети кивали и повторяли, что это правда. Дима взял Лизу за руку. Его ладонь была холодной, но это казалось Лизе естественным, правильным.
При мысли о том, как она явится к маме под покровом ночи, мертвая девочка улыбнулась ледяной улыбкой, обнажившей зубы, ставшие острыми и мелкими, как у ночного зверька.
– Я навещу тебя, милая мамочка, – тихо пообещала она, – и на этот раз тебе придется пустить меня домой.
