Внезапно Никола споткнулся о торчащий корень сосны и упал, смешно взмахнув руками. Дрова из его рук, на долю секунды застыв в воздухе, приземлились на коричневые сапоги половца со шрамом.
— Ах ты жирная русская свинья! Я тебя научу смотреть, куда идешь! — гневно завопил кочевник, и ударом кулака в лицо сбил с ног поднявшегося было Николу. Затем воин подскочил к лежащему на земле парню и начал со злостью пинать его ногами. Бедный Никола принял позу эмбриона, пытаясь руками защитить голову и живот.
Один из стоящих половцев одобрительно расхохотался. Второй сказал:
— Оставь его, Биляр! Этот урус и так получил достойный урок.
Все это произошло настолько быстро, что Серёга едва успел опомниться. Кинув беглый взгляд на стоящих вооруженных воинов, он молнией метнулся к озверевшему Биляру, схватил его за кожаный доспех и с силой кинул на землю.
Недоумение на лице половца сменилось выражением ярости. Он выхватил из-за сапога кривой кинжал и, люто усмехнувшись, двинулся на Сергея. Матвеев отступил к брошенным дровам и посмотрел на других воинов. Они молча наблюдали за поединком, слегка высунув сабли из ножен. Никола поднялся и глупо хлопал по сторонам широко открытыми глазами, шмыгая разбитым носом. Серёга успел заметить, как его противник замахнулся для колющего удара, и подставил под удар одно из дров. Кинжал застрял в древесине, а Матвеев, воспользовавшись секундным замешательством половца, нанес ему резкий рубящий удар по запястью. Пальцы Биляра разжались, и бревно с торчащим кинжалом осталось в руках Сергея. Вспомнив тренировки с Аланом, он отошел на шаг назад и нанес мощный удар ногой в челюсть ошалевшему кочевнику.
В этот момент бездействовавшие прежде воины обнажили сабли и приготовились атаковать безоружного Серёгу. Он взял в каждую руку по полену и занял защитную стойку. «Вот и настал мой конец, — подумал парень. — Против двоих воинов, умеющих обращаться с оружием, мне не устоять». Внезапно Никола с диким криком кинулся на одного из врагов, сбил его с ног, и, навалившись всем весом, не давал тому возможности подняться. В то же время Серёга, от души размахнувшись, кинул бревно в отвлеченного криком второго воина. Тот упал и схватился за голову. Краем глаза Сергей заметил, что поднявшийся Биляр зашел ему за спину и приготовился нанести смертельный удар.
— Что здесь происходит? — вдруг послышался властный голос.
Все участники поединка повернулись к тропе, на которой увидели бека Сакзя на вороном коне в сопровождении двоих воинов в кожаных доспехах и молодой женщины в расшитом орнаментами красном халате.
— Эти рабы вздумали напасть на твоих верных слуг, о великий Сакзь. Позволь нам проучить их раз и навсегда, — ответил один из бойцов.
— Смерть — лучшая кара для раба, который дерзнул поднять руку на свободного кочевника, — потирая ушибленную челюсть, проговорил Биляр.
— А на самом деле все было немного не так, — сказал появившийся невесть откуда Ченегрепа. Оказалось, что он стоял поодаль и наблюдал за стычкой с самого начала. Он рассказал Сакзю свою версию событий.
— Мое решение будет таким — рабам всыпать по десять плетей за драку с моими слугами. А вам, рожденным быть воинами, позорно проиграть битву безоружному монаху и крестьянину. Вам надо больше упражняться с оружием, если хотите снова заслужить мою милость, — произнес свой вердикт бек.
— Да что такое десять плетей для рабов, они их даже не почувствуют, — не унимался Биляр. — Этот монах дважды кинул меня, непобедимого Биляра, в грязь. Я жажду мести.
— Если ты еще раз оспоришь мое решение, то плетей всыпят и тебе. А непобедимость твоя, по видимому, уже прошла, — с усмешкой ответил Сакзь.
Приказание бека было исполнено незамедлительно. Охранники Сакзя схватили Сергея с Николой, оголили им спины и положили на поваленные неподалеку деревья, которые и служили для исполнения наказаний. Вокруг собралось несколько половцев поглазеть на предстоящее зрелище. Отдельно стоял, ухмыляясь и скрестив руки на груди, Биляр со своими товарищами, потиравшими ушибленные места.
Матвеев впервые ощутил на своей спине тяжелую половецкую плеть. Жгучая боль пронзила ему спину, но Серёга стиснул зубы и не издал ни стона. Никогда в жизни он так не ждал счета «десять», как в этот раз. Сакзь посмотрел ему в глаза и удовлетворительно покачал головой.
Когда Матвеев поднялся на ноги, то ощутил головокружение и легкую тошноту. Рубашка неприятно липла к окровавленной спине. Столпившиеся зрители публичной порки стали расходиться по своим делам. Парень посмотрел на Николу, который виновато улыбался:
— Пусть тебя благословит Бог, брат, что ты пришёл мне на помощь.
— А ты бы на моем месте поступил иначе? Пусть их было и больше, и они были с оружием, но на нашей стороне была правда — это и бек отметил.
— Ты понял, что говорил Сакзь?
— Я прочёл это в его глазах, — ответил Серёга.
— Научи и меня также здорово биться, — попросил Никола.
— Как будет возможность и время, обязательно научу.
Мимо прошел разгневанный Биляр с приспешниками.
