И у России положение сложнее, чем у СИ. Кириса удивляло, что после всех катаклизмов, пронёсшихся над этой страной за последние сто с небольшим местных лет, она оставалась единым государством. Впрочем, судя по многим факторам, вхождение в капитализм ей вряд ли удастся пережить, и восточные земли заселят полчища китайцев, а на юг наползут орды из южных стран. При всём уважении Кириса к культуре любого из народов Земли, он понимал, что в этом случае замечательная русская культура, выражающаяся прежде всего в уникальном языке, и умении терпимо строить отношения с разными народами
Порой Кирису хотелось наплевать на соглашение по ЕХС и начать подпольную деятельность для сохранения страны и улучшения ситуации здесь. Устранять продажных политиков, способствовать принятию нужных законов – например, закона о въезде в страну, ограничении иммиграции, о возвращении русскоязычного населения, брошенного безответственными политиками на произвол судьбы в Туркмении, Киргизии или Латвии.
Собственно, подобную «прогрессорскую» работу следовало активизировать не только в России, но на Земле в целом. Возможности для этого у резидента-координатора имелись немалые – вот только не получится начать реально действовать: сразу вмешаются соответствующие подразделения, и ослушника увезут отсюда буквально в кандалах.
Вся беда в том, что так же, как современные цивилизованные народы Земли прогибаются перед народами развивающимися, стараясь загладить имевшее когда-то место угнетение первыми последних, так же и Содружество Идентичных старается избегать серьёзных конфликтов с альтерами, зачастую лебезя перед ними. И если в первом случае логику поведения ещё как-то можно понять, то во втором… Ведь всем ясно и понятно, что хрупкое равновесие когда-нибудь окажется сломано, так почему не начать решать проблему радикально – раз и навсегда? Да, будут десятки, если не сотни миллионов жертв, но возможность победы стоит того!
Ведь альтеры чуть не внаглую творят то, что считают нужным. Например, история с астероидом, чуть не протаранившем Землю лет пять тому назад. Эскадра, прикрывавшая Солнечную систему, практически бездействовала, командующий разводил словоблудие до последних минут, не решаясь сделать радикальные шаги, и если бы не экипаж передового дежурного рейдера, неизвестно, чем бы всё кончилось. И разве кто-то предъявил альтерам ноту протеста? Ничего подобного: альтеры молчат – и СИ молчит, словно приглашая врага готовить новые провокации!
В результате мягкотелой политики Верховного Совета СИ, под боком опекаемой Содружеством цивилизации обосновались камалы, и сложилось так, что основной флот идентичных, контролирующих данный сектор пространства, базируется дальше от Солнечной системы, чем главный противник! А разнесли бы базу, устроенную альтерами в системе Альфы Центавра, которую проворонили – дали бы понять, что провокации прощаться не будут.
Впрочем, легко рассуждать, но кто решится начать войну? Никто – ведь испокон веков считается, что худой мир лучше доброй ссоры…
Впереди загорелся красный сигнал светофора, и Кирис сбросил скорость, одновременно занимая правый ряд, чтобы уйти с проспекта в небольшую улочку, ведущую к месту, где не слишком приметная компания «Экс-Плюс» снимала помещение для своего филиала.
В офисе царила тишина: двоих помощников ещё вчера Кирис отрядил заняться монтажом всего необходимого на новом месте дислокации.
Он присел в кресло у стола и вытянул ноги. Немного грустно покидать это место – четыре года здесь провели. Похоже, ребята тоже немного грустят – надо вечерком устроить небольшие посиделки, либо здесь, либо в ресторане.
Неожиданно запел телефон, и по красному цвету дисплея Кирис понял, что вызов прямой: таким цветом аппарат реагировал только на связь с представителями вышестоящего командования. Странно: вызов экстренный, но последний официальный контакт состоялся всего неделю назад, а без крайней необходимости начальство старалось не «светить» каналы связи.
– Слушаю, Остапенко! – представился он своей земной фамилией.
– Кирис, узнаёшь? – пропел в трубке радостно-бодрый голос.
Кирис озадаченно наморщил лоб: в столь неофициальном ключе и по
Он постарался придать собственному голосу непринуждённость с аналогичной ноткой дружеской развязности, что звучала на том конце линии:
– Прошу прощения, не узнаю! Надеюсь, это не будет причиной вынесения мне заключения о служебном несоответствии?
В телефоне рассмеялись:
– Ну-у, Кирис! Или, если ты больше привык, Кирилл, чего же так официально? Разве плохо, когда инспектировать присылают друзей?!
«Кажется, вспоминаю!», подумал Кирис Франзир Остал, работавший на Земле под именем Кирилла Францевича Остапенко. Друзья и ближайшие коллеги звали его просто Кир.
– Дэн, ты, что ли? – спросил он.
– Ну, наконец-то допёр! А испугался проверки, признавайся?
