— Дело в том — в сотый раз начал мужчина — что они решили сделать на этом месте, так сказать персональное кладбище. И хоронить всех остальных, если не дай Бог, еще такие будут, рядом. Так удобнее, понимаете?
— Ну как же не понять! А могила моего мужа как раз и мешает им! Да? А вы понимаете, что это противозаконно?
Старик недовольно ухмыльнулся:
— Ну пожалуйся в милицию! Это же все равно ничего тебе не даст.
«Да»-подумала Соня — «Мне сейчас только милиции и жаловаться».
Видя, что она замолчала и приуныла, старик продолжил:
— Дочка, мы наоборот люди порядочные. Даже деньги тебе предлагаем. Не малые, кстати, деньги. А могли просто снести могилу и сказали бы потом тебе, что это необходимо по техническим условиям.
— А Вы бы так и сделали, не приди я сегодня случайно — Соня устало опустилась на металлическую скамейку, стоявшую рядом.
— Зря ты ни кому не веришь, дочка! — мужчина немного помолчал и наконец спросил — Ну что, согласна?
— А что мне еще остается?
— Ну и молодец! Он подобно фокуснику вытащил из рукава какие-то бумаги — Тогда подпиши, что бы все было законно.
— «Законно!» — буркнула Соня, подписывая документы— Но у меня есть условие! Останки перезахороните при мне. Что бы я видела лично.
— Конечно! — обрадовался завершению разговора старик и протянул Соне плотный конверт — Это за моральные не удобства!
Соня безразлично взяла деньги:
— Когда будете переносить?
— Да хоть сейчас!
— Тогда сейчас и начинайте!
Когда через час, двое здоровенных, уголовного вида бугая, наконец подняли из раскопанной могилы, почти полностью сгнивший гроб, Соне стало дурно. Три года назад, она лежала в реанимации, поэтому на похоронах Кирилла ее не было. Теперь ей казалось, что время повернуло вспять и она заново переживает гибель мужа.
Мужики небрежно бросили развалившиеся останки на землю, и вдруг Соня дико закричала:
— Осторожнее! Он же может выпасть!
И в это мгновение, металлический каркас, поддерживающий гнилые доски отпал и отвратительно чмокнув, потемневшие куски развалились, обнажая сердцевину гроба.
Соня судорожно вздохнула, ожидая увидеть скелет, кости, перегнившую одежду …
Но гроб был абсолютно пуст, даже без намека на присутствие покойника.
— Он же пустой! Вот так номер! — присвистнул один из мужиков.
Соня покачнулась и потеряла сознание.
Светлана Федоровна еще раз внимательно прислушалась — тихо. Было три часа ночи, и клиника мирно спала. Стараясь не скрипеть дверью, она осторожно выскользнула в темный коридор, из своей жилой комнаты на первом этаже. Обутая в мягкие, тряпичные тапки, Светлана бесшумно поднималась по служебной лестнице на второй этаж. Дежурная сестра Нина, скрючившись в неудобной позе на маленьком диване, крепко спала, некрасиво раскрыв рот. Желтый свет ночника выхватывал из полумрака часть одинокого стола и мягкую спинку стула.
Салова прошла немного вперед и остановилась перед номером «25». Тихонько приоткрыла дверь и еще раз посмотрела на спящую Нину, потом решительно зашла внутрь палаты и изнутри закрыла дверь на ключ.
Светлана Федоровна совершенно не волновалась, она это делала уже двенадцатый раз и все движения были доведены до автоматизма. В полной тишине ночной комнаты, оглушительно громко щелкнул кнопкой включения, карманный фонарик и тусклый, мутно-белый свет, выдернул из темноты собранную постель. Салова вытащила из кармана небольшой шприц и ампулу с прозрачной, вязкой жидкостью. На ампуле не было ни какой маркеровки, дотошная Светлана несколько раз, внимательно ее осмотрев, только обнаружила две маленькие, черные буковки HP у самого горлышка. Этот загадочный препарат она доставала все из той же расщелины, через день после получения основного заказа. Потом в ее распоряжении было от десяти дней до месяца, как уж получалось. Но в этот раз, необходимо все сделать за неделю. Светлана Федоровна уже полезла в другой карман за специальным шприцем, с микроскопически тонкой иглой, укол от которой, спустя пол часа, уже невозможно было обнаружить на коже и вдруг пораженно замерла….
Постель была аккуратно заправлена и абсолютно пуста. Салова судорожно дернулась, выхватывая фонарикам из темноты очертания пустой комнаты. Потом она осторожно подошла к двери ведущей в ванную и прислушалась. Тишина. Денисова ни где не было.
Светлана тихо выругалась и поспешно покинула палату.
Через десять минут, она в бешенстве так хлопнула дверью своей комнаты, что крепко спящая на втором этаже, Нина Гавриловна мгновенно проснулась и испуганно открыла глаза.
Салова подошла к встроенному шкафу и нервно достала с верхней полки бутылку коньяка. С минуту поколебавшись, она отхлебнула прямо из бутылки. Затем сделала еще один хороший глоток и только после этого поставила коньяк на место. Не раздеваясь, Светлана легла на свою кровать и крепко задумалась.
