— Без проблем — главврач снова опустился в кресло — У меня есть один совет, не знаю насколько он тебе поможет, но все же послушай меня: я здесь уже довольно давно и слышал массу подобных историй. Обычно на жертву преступников наводит «обслуживающий персонал», ну горничные в отелях, официанты, бармены. Они присматриваются к отдыхающим, выведывают у кого, что есть, кого брать не безопасно и т. д. Понимаешь о чем я?
Кирилл сразу же вспомнил неприятного официанта, с пучком из сальных волос на голове, который тогда брал у него заказ в тот день на дискотеке.
— И еще — тихо добавил Юрий Владимирович — я ни разу не слышал, чтобы пропавшую девушку, находили. Обычно она пропадает навсегда — почти шепотом, закончил он.
— Я все понял — Денисов неохотно поднялся и распрямил ноги — И спасибо за все.
— Будь осторожен! И до встречи! — главврач сам проводил его до двери кабинета — Кстати, ты можешь взять мой «Джип».
Кирилл повернулся и порывшись в кармане, протянул Юрию Владимировичу, смятую пачку долларов:
— Я так и сделаю! Еще раз спасибо!
— До встречи через пять дней — главврач поспешно закрыл за гостем дверь и вытащил из кармана «мобильный»:
— Игорь Андреевич? У меня новость….
Лене казалось, что она вот-вот задохнется от нестерпимой вони, исходившей от рваного тряпья, на котором она лежала, машину страшно трясло, и она больно ударялась лицом о твердый пол микроавтобуса. Связанные за спиной руки уже давно онемели и ничего не чувствовали. Лена с радостью бы и сама потеряла сознание, что бы только не мучиться от сжигавшего ее ужаса. Она все еще не могла поверить, что влипла в такую чудовищную историю. Сначала ей казалось, что эти двое местных жителей, просто дурачатся, и сейчас развяжут ей руки, извинившись за затянувшеюся шутку. Лена лежала к ним спиной и ни чего не видела, ей оставалось только со страхом прислушиваться к их оживленной беседе, на непонятном гортанном языке. Судя по всему, они были собой страшно довольны и находились в приподнятом расположении духа. Ее и без того короткая юбка высоко задралась и полностью открыла загорелые ноги и тонкие прозрачные трусики. Лена буквально спиной чувствовала похотливые взгляды бедуинов и содрогаясь от ужаса, попыталась одернуть подол. Но крепко связанные руки ее не слушались. Крупные, горькие слезы, смешиваясь с соленым потом, ручьями струившимся по лицу Лены, разъедали ей глаза. Она уже почти ничего не видела. Когда через три часа микроавтобус наконец замедлил ход, а затем остановился, Лена уже находилась на грани безумия. Ее тело полностью онемело и больше ни на что не реагировало.
Бедуины схватили ее за руки и за ноги, и довольно осторожно вытащили из салона. От нестерпимо яркого, после полумрака микроавтобуса, солнечного света, Лена на мгновенье ослепла, а когда наконец зрение к ней вернулось, она тот час об этом пожалела.
Вокруг, плотным кольцом, молча, стояло около двух десятков мужчин-бедуинов, которые разглядывали ее с огромным интересом. Один из похитителей бережно положил Лену на раскаленный песок и разрезал веревки, связывающие ей руки и ноги. Она тот час попыталась вскочить на ноги, но онемевшие конечности ее больше не слушалась.
Второй похититель не спеша, подошел к Лене, и что-то непрерывно говоря своим повеселевшим собратьям, схватил ее под мышки и поволок, словно тряпичную куклу.
Лена из-за всех сил попыталась дернуться и в то же мгновенье, по оживающему телу пробежала судорога, чудовищной силы. Лена громко закричала, ее лихорадочно трясло, но тащивший ее бедуин даже не остановился, Он приволок ее под небольшой матерчатый навес и наконец застыл, с явным удовольствием наблюдая за отчаянно кричавшей, катающейся по грязному песку, женщиной.
Судороги прекратились, пронизывающая боль исчезла и Лена наконец смогла перевести дыхание. Она осторожно открыла глаза и со страхом огляделась вокруг. Рядом с ней стоял грязный мужчина, неопределенного возраста, обмотанный застиранными, серыми тряпками, в руках он держал моток веревки.
Лена громко заревела и попятилась. Бедуин, не сводя с нее своих похотливых глаз, медленно подошел и схватил за ногу. Через мгновенье он крепко обмотал ногу веревкой. Лена в ужасе закрыла глаза и напряглась всем телом, ожидая продолжения. Однако время шло, а к ней больше никто не прикасался. Лена открыла глаза и увидела, что на этот раз она осталась совершенно одна.
Она встала и прихрамывая, обошла свои новые владения на столько, насколько ей позволяла, привязанная к столбу, крепкая веревка. Это было пространство под темно-зеленым навесом, примерно два на два метра, состоящее из грязного песка и четырех столбов, поддерживающих тент. Лена в отчаянии опустилась на песок и снова заплакала. Помощи ждать было не откуда, никто из знакомых не знал, куда она отправилась, тем злосчастным вечером.
Несколько часов к ней никто не подходил и совершенно измученная жаждой и ожиданием, Лена ненадолго задремала. Когда она открыла глаза, рядом с ней уже стояла огромная, грязная кружка с мутной водой, на поверхности которой плавало какое-то отвратительное насекомое.
