Забравшись к себе домой, я постарался отогнать нехорошие мысли и начал сортировать находки.
Оба пистолета отправились в хранилище. Старый административный пропуск — тоже. Мачете получило новую привязку.
А передо мной оказались четыре мутагена и солидное пупырчатое яйцо голубоватого цвета.
— Ххосяин холосый, — неожиданно льстивым голосом произнес таракан. — Ххосяин умный.
Выдав это сообщение, питомец шустро сократил дистанцию и ласково, словно большой уютный кот, потерся о мою ногу. Затем уставился мне в лицо полными любви и преданности глазами:
— Ххосяин лутсый!
— Да ты что, — я перевел взгляд с наглой усатой морды на яйцо и обратно. — А кто меня крабом называл? И сволочью?
Эдик скромно потупился, задумчиво поскреб лапкой мохнатое пузо, после чего снова поднял на меня свой взор:
— Понять и пхостить?
— Посмотрим на твое поведение. Давай, мутагены ешь, что ли.
Таракан с радостным писком бросился к шарикам, схватил сразу два и принялся спешно их уничтожать. Чуть ли не чавкая при этом от жадности.
— Ну вот, дожился, — хмыкнул я, рассматривая в очередной раз сменившего окраску шестинога. — Теперь у меня голубой питомец. Позор.
Эдик на мгновение задумался, а потом выдал что-то вроде сдавленного шепелявого смешка:
— Хха. Хха. Ххосяин тахой шшутник. Ххосяин умный!
— Знатно же у тебя пригорело, я смотрю. И правильно пригорело, между прочим. Нафиг мне вредный и наглый пет, если можно завести другого?
— Ххосяин умный. Ххосяин пхотаст катоссть.
— Посмотрим. Лучше покажи, чему научился. Что за метаморфизм?
Продолжавший источать флюиды преданности таракан с готовностью плюхнулся на пол и начал как-то странно вибрировать, буквально растекаясь при этом по сторонам. Затем довольно пискнул, скосив на меня один глаз.
— Ну, хоть что-то…
Вид расплющенного питомца меня не особо впечатлил, но, как говорится, на безрыбье и таракан — шашлык.
Прогнав Эдика в его вольер, я вернулся мыслями к захватившим бункер противникам.
— Поджарить бы им пятые точки… но чем?
Соблазн сполна расплатиться за пережитый недавно страх был велик. Вот только возможностей для этого…
— Пхотатим?
— Цыц.
Я ткнул наследство голубого альена пальцем, потом взял в руки и внимательно рассмотрел.
В принципе, ничего особенного. Помесь страусиного яйца с дубовой корой. Если не знать о том, что внутри находится лучший пет игры, то хоть на помойку выбрасывай.
Продать, отложить на всякий случай и забыть, либо же прямо сейчас переориентироваться на развитие под топового дрессировщика?
— Черт его знает…
Таракан, робко выглядывавший из своего загончика, тоскливо пискнул и как-то сжался, предчувствуя неприятности.
А затем ему в унисон пискнул висевший на поясе монитор датчиков слежения. Кто-то решил забраться внутрь моего тоннеля.
Спустя десять секунд я уже мчался вниз по лестнице, то и дело косясь на прибор и сжимая в свободной руке вытащенный из хранилища автомат. Устроить врагам бой на самой границе «бесконтролки», когда ты сам находишься в безопасности — что может быть прекраснее…
Добравшись до бронетранспортера, я заполз под него и навел оружие на черную щель между створками.
Минуты шли. Ничего не происходило.
— Ну…
Через полчаса стало ясно, что ничего и не произойдет — скорее всего, враги сунулись в рощу, нашли там мины и вход в подземелье, потревожили датчики, но дальнейшие исследования оставили на потом.
Мы с питомцем потащились обратно на базу.
— Похоже, ты был прав, волосатый. Придется продать эту хрень. Иначе я их отсюда не отважу.
— Ххосяин умный, — с надеждой согласился питомец. — Пхотатим!
— Тихо. Еще ничего не решено.
Вернувшись домой, я открыл аукцион и задумчиво уставился на появившиеся списки. Сплавить питомца-альена — это, скорее всего, раз плюнуть. Желающие его приобрести точно найдутся. А вот что купить взамен?
На ум приходило лишь одно — такая же энергоячейка, как и те, что я вытащил из робота.
— И сколько… хм.
На данный момент в игре продавались две плазменные батарейки и только один альен нетрадиционной расцветки. Все три лота стоили примерно одинаково — в районе ста тысяч кредитов. Проблема была только в том, что покупать их никто не спешил — вряд ли дружащий с головой человек отдаст миллион рублей за уродливого голубого компаньона. Да еще и виртуального при этом.
Я вздохнул и открыл вкладку обмена.
