— В крови Соммера и других посетителей нашли бензодиазипины, — заметила Наташа таким тоном, словно говорила о погоде. — Это лекарство, а не наркотик.
Кира испытала приступ признательности за неявную защиту и техничное опровержение обвинений французского говнюка.
— Это материалы следствия, — скупой тон Холла поддержки не выражал. — Лерой владелец бара и гражданский, при нем это обсуждать нельзя.
— Вот так и скажу, — буркнула с досадой Кира, вставая и одергивая короткое платье.
— Ты тоже гражданская, — Холл ухмыльнулся и пошел к комнате для допросов.
Кира брела за ним, чувствуя, как усталость после общения с унитазом в полицейском туалете вытесняется предчувствием неприятностей с запахом керосина, витающем в воздухе.
В допросной было тесно от широкоплечих силовиков и приторно от глянцево-законного вампира. Доминик сидел на жестком железном стуле так, словно развалился в шезлонге на берегу океана — расслабленно и спокойно, абсолютно уверенный в собственном обаянии и правоте. Рейф, соблюдая с ним максимально возможную дистанцию, подпирал стену напротив. Кира мельком покосилась на него и зеркало за его спиной, прозрачное для смотрящих за допросом из смежной комнаты. Внутренний дискомфорт подскочил на несколько пунктов, подобные помещения вызывали у нее нервный зуд. Холл закрыл дверь, добавив ей еще щепотку нервозности и уселся за стол напротив человека-жерди. Потратив несколько секунд на размышление Кира отступила на шаг от двери и прислонилась к стене скопировав позу Рейфа. Доминик улыбнулся с легкой издевкой.
— Не желаете присесть? — поинтересовался так, словно приглашал на свидание.
— Нет.
— Как строго, — ее тон не сбил с вампира обаяние.
— Вернемся к вашим вопросам, — Рейф играть в нежности тоже не хотел.
Кира сдержала порыв взглянуть на начальство. Проницательный клык хмыкнул каким-то своим мыслям, с доброжелательностью поглядывая то на Киру, то на Рейфа и улыбнулся, не показав клыков.
— Как вы оказались в “Монохроме”? — поинтересовался таким тоном, словно спрашивал, как ей удалось просочиться к нему в постель минуя охрану.
— Так же, как и три сотни других посетителей — вошла через дверь, — Кира тщательно не заметила подтекста.
— Я полагал, вы утратили интерес к этому бару, — заметил он на секунду сделавшись таким, каким Кира его помнила — под соблазнительным образом скрывался жесткий делец со стальной хваткой.
— Я игнорирую личные предпочтения на работе.
