– Спасибо, товарищ Берия. Я думаю, товарищи, всем понятно, что с началом войны, немцы предпримут все усилия, чтобы не только прибрать к рукам нефтегазовый комплекс Ирана и другие важные сырьевые отрасли, но и превратить северные провинции Ирана в плацдарм для атаки на Бакинскую нефть. – Сталин замолчал, давая всем время оценить важность проблемы и продолжил: – Оценивая ситуацию в этом регионе, мы не можем не вспомнить о Турции – формально нейтральной, но фактически являющейся многолетним союзником Германии. Эта нейтральная страна в течение этого года сконцентрировала в Закавказье, то есть у наших границ, 24 дивизии и танковый корпус. Потому и мы вынуждены держать в Закавказье три армии, которые так пригодились бы сейчас на фронте.
Вывод: на южных рубежах страны сложилась угрожающая обстановка.
Я полагаю, товарищи, пора вспомнить о договоре между Персией и Советской Россией, подписанным товарищем Лениным с шахиншахом в 1921 году, особо его пункты номер 5 и 6. Эти пункты договора предоставляет нам право в случае создания угрозы Советскому государству ввести войска на территорию Ирана. Угроза налицо. Момент настал.
Медленно двигаясь вдоль стены с картой, Сталин, как бы рассуждая вслух, задумчиво произнес: – Можно ли сказать, что товарищ Ленин предвидел эту ситуацию? Не известно. Но можно утверждать, что этот договор есть подтверждение гениальности Вождя мирового пролетариата.
Сталин повернулся к военным: – Борис Михайлович, прошу вас вылететь в Тбилиси к Толбухину для разработки на месте операции по вводу войск на территорию Ирана с выходом к Персидскому заливу. Начало проведения операции – июль. Товарищ Молотов, подготовьте меморандум о наших намерениях для премьер- министра Черчилля и президента Рузвельта и, соответственно, накануне ввода войск – ноту шахиншаху Ирана Пехлеви.
Товарищи, за работу. Товарищи Берия, Голиков и Борис Михайлович, вас попрошу остаться.
Когда все покинули кабинет, Сталин призывно махнул рукой: – Садитесь поближе, товарищи. Речь пойдет о курдах и о Турции. Большинство курдов, как известно, проживают на ее территории, но не имеют никаких прав. Все попытки курдов добиться хотя бы автономии подавляются властью. Попытка восстания курдов в 1937 году привела к массовой резне. Сотни тысяч турецких курдов бежали в Иран и Ирак, однако жесткая позиция британских властей Ирака вынудила и их, и большую часть собственно иракских курдов, перебраться в Иран. И это накалило обстановку в Иранском Курдистане. Сейчас это пороховая бочка. Так, товарищ Берия?
– Так точно, товарищ Сталин!
– Борьбу курдов за свои права следует рассматривать как национально- освободительное движение и мы – коммунисты- интернационалисты – не можем оставаться в стороне. Вашим группам «Фарси» и «Масис», товарищ Голиков, и вашим резидентурам, товарищ Берия, предстоит большая работа. – Сталин внимательно посмотрел в глаза каждому и продолжил: – Вы, наверное, задали себе вопрос: а причем здесь «Масис»? А дело в том, что если в ближайшее время национальное самосознание курдов сплотит их и вдохновит на решительную борьбу за свои права, то это непременно приведет в движение и армянскую диаспору в Турции. А это тоже своего рода пороховая бочка со времен резни армян 1915 года. Особенно область города Карса.
И всё это будет происходить в тылу турецкой группировки в Закавказье. С большой степенью вероятности турецкие власти для подавления курдов и армян привлекут воинские части, дислоцированные вблизи нашей границы. – Сталин еще раз внимательно посмотрел каждому в глаза и закончил: – Мы не позволим туркам организовать еще одну резню. Идите, товарищи, работайте.
Глава IV. Восточная Пруссия.
Темнело. Захватывая последний свет, растянутая цепью группа торопилась убраться подальше к востоку от железной дороги резонно полагая, что с раннего утра здесь объявятся немецкие поисковые группы.
Михаил шёл в цепи первым, указывая направление движения и задавая его темп. Темнеющее небо было затянуто тучами, и это навевало невеселые мысли. Дождь был бы просто наказанием. Ночь под дождем, когда тебе негде укрыться, а потом негде обсохнуть, это, знаете ли, то еще испытание. Ребята гнали от себя эти мысли, уповая на удачу.
Вдалеке по ходу движения послышался шум моторов, который спутать ни с чем нельзя, и скоро прямо над ребятами на небольшой высоте невидимая в ночи пролетела группа самолетов У- 2.
– Девчонки наши полетели, – уважительно сказал кто–то из ребят, – ага, – подхватил другой, – сейчас они там разберутся, с этими сошедшими с рельсов эшелонами. Никому мало не покажется.
Разрывов бомб за дальностью слышно не было, но скоро со стороны железной дороги возник нарастающий знакомый гул моторов возвращающихся самолетов, а в той стороне откуда они возвращались появились сполохи огня, подсвечивающего низкие облака.
