– Откуда такие выводы? – Усмехнулся тот.
Майор Серов встал с кресла, прошелся по каюте, а затем резко развернулся на каблуках.
– Потеря груза, это раз. – Майор стал загибать пальцы. – Двое оперативников со мной, это два. Вся эта клоунада с РХБЗ, – Серов показал большим пальцем на петлицу – это три. Ваше личное присутствие, это четыре и полное отсутствие осведомленности командного состава корабля о задании, это пять.
Генерал откинулся в кресле и демонстративно похлопал в ладоши, пока Серов, снова, занимал место в кресле.
– Браво, Евгений Александрович. Вижу, хватку вы не утратили, похвально.
Майор Серов улыбнулся.
– Так в чём же дело?
– Есть опасение, что на борту иностранный агент.
– Шпион. – Обобщил Серов.
– Да. – Кивнул генерал.
– Поделитесь соображениями?
– Утром, всё утром, Евгений Александрович.
– Я заинтересован. – Серов встал с кресла и подошел к столу. – Это всё?
– Да, иди, отдыхай. Парни тоже пусть спят, а не болтаются по кораблю. – Генерал на секунду замолчал. – Утром много дел.
– Доброй ночи, Павел Сергеевич.
Генерал остался один, однако через пару минут к нему постучались. В каюту вошел капитан Вилкас.
– Чего тебе? – Спросил генерал, не поднимая взгляд от каких-то бумаг.
Капитан в два шага оказался около говорившего и, склонив голову на бок, стал молча смотреть на сидевшего в кресле.
Наконец генерал поднял взгляд.
– Ну?
– Вы изучили дело командира группы? – Делая ударение на последний слог в каждом слове спросил Вилкас.
– Да, капитан Ерёменко…
– Не этого. Командира второй группы. – Перебил генерала пришедший.
– Изучил. – Выдохнул хозяин каюты.
– Что скажете.
– У него блестящий послужной список и думаю, что…
– Что? – Вилкас по-прежнему не сводил с говорившего взгляд.
– Он может что-то откопать.
Вилкас на минуту задумался.
– Приму это к сведению. – Сказал капитан.
– Это всё? – Удивленно спросил генерал.
– Пока да, но не забывайте сообщать мне о деталях. О любых деталях.
– Я помню. – Вздохнул генерал.
***
– Что вы задумали, майор? – Сухумский стоял в полной растерянности.
– Что у вас в руке? – Трест немного смутился, увидев прямоугольный предмет, который никак не мог напоминать оружие.
Представитель Военно-Научного комитета подошел поближе, чтобы офицер мог рассмотреть его.
– Аудиоплеер? – Трест удивленно посмотрел на ученого.
– Диктофон, если быть точным. Может быть, вы уже уберёте пистолет?
– Ах, да, простите. – Майор Фёдоров спешно погрузил оружие в набедренную кобуру. – Нервы.
Сухумский спрятал диктофон в карман и заложил руки за спину, ожидая дальнейших действий командира группы.
– Так зачем Вам диктофон, Виктор Алексеевич?
– Понимаете…– Сухумский замялся. – Простите, вы не назвали своего Имени, когда представлялись.
– Алексей.
– А Отчество?
– Давайте просто по имени, а ещё лучше использовать позывные.
– Хорошо. Понимаете, Алексей, я веду, своего рода, аудио-дневник, куда записываю все происходящее со мной и сейчас, по всей видимости, так увлекся, что позабыл о времени и удалился слишком далеко от вашей группы.
Трест усмехнулся.
– Что, есть, о чем рассказать потомкам?
– Да, за последние сутки произошло столько разных событий, что потребовалось много времени для того, чтобы все их изложить.
– Интересно было бы послушать. – Трест подошел к ближайшему дереву и уперся в него спиной. Головокружение усиливалось, таблетки никак не хотели помогать.
Сухумский подошел ближе и, поправив очки, заявил:
– Не думаю, что вам понравится то, что там записано. Я в подробностях описал ваши действия, которые могут говорить о некомпетентности вас, как командира. – Ученый скрестил руки на груди. Было видно, что он крайне доволен собой.
«Опять завёл старую песню» – Подумал Трест. Замечания Сухумского начинали раздражать.
– Что конкретно тебе не нравится? – На сей раз майор решил забыть о всех правилах хорошего поведения, что сразу подметил Сухумский.
– Попрошу мне не «тыкать», мы с вами водку не пили.
– Ну разумеется. – Сквозь зубы прошипел Федоров и обхватил голову руками. На смену головокружению приходил ужасный звон в ушах.
– Если хотите знать, товарищ майор, я крайне недоволен вашими действиями.
– Это я уже понял. Конкретнее!? – Трест плюнул на землю.
На самом деле майору не было никакого дела до того, что думает о его действиях какой-то выскочка из научного комитета, однако ему захотелось выслушать Сухумского, для того, чтобы потом послать куда подальше.
«Умник, явно, не осознаёт, кто здесь главный, значит стоит ему объяснить».
– Я не слишком много понимаю в военном деле, – Начал Сухумский, – однако считаю, что неуместно обрывать поиски и оставаться на ночлег. Мы здесь не на пикнике, товарищ майор, у нас важное дело. Счет идет на часы или даже минуты. И это не всё! – Ученый поправил очки и, снова, скрестил руки на груди, – Нецелесообразно вставать лагерем близко к месту высадки, хотя бы потому, что утром нам придется, снова, начинать отсюда.
– Какие ваши предложения, Виктор Алексеевич? – С ядовитой усмешкой выдавил Трест. Звон в ушах оглушал и порождал новые волны головокружения. Сухумского Трест, почти, не слушал.
