— Что за черт, дружище?! Я же, кажется, ясно сказал — сразу на базу, никаких аэропортов!
— Никуда ваша база не денется, — хладнокровно пережевывая жвачку, не поворачивая головы, украшенной огромным шлемом, ответил вертолетчик. — Я обязан отметиться в диспетчерской службе, не то у меня будут большие неприятности. Это займет максимум полчаса, мистер, так что, не надо так нервничать и суетиться…
Едва вертолет коснулся шасси бетонной площадки, расположенной далеко в стороне от стоянки разнокалиберных самолетов, как к нему устремился чистенький бензозаправщик. Лопасти геликоптера еще продолжали вращаться, когда из подъехавшей машины вывалились целых три мужика в фирменных комбинезонах и выжидательно уставились на приземлившийся аппарат. Все трое были, как и положено жителям тропических краев, смуглы, усаты и белозубы.
— Какого черта, парни? — спрыгивая на бетон, весело изумился пилот. — Я обслуживание не заказывал, что-то вы, по-видимому, перепутали!
Старший из механиков нахмурился, тупо уставился в извлеченный из недр комбинезона листок, потом посмотрел на бортовой номер вертолета и, по-южному экспрессивно размахивая руками, начал что-то выкрикивать по-испански — Уильямс разобрал лишь два ругательства: «иха дель пута» и «ментекато».
— Ничего, брат, бывает, — разведчик успокаивающе похлопал нервного мужика по плечу и тут же получил в ответ страшный удар в лицо, затем еще один…
Солнце, весело сиявшее над аэродромом, погасло, и Уильямс провалился в темноту. Дальше рядом с вертолетом произошло нечто трудновообразимое. Механики, проявляя завидную прыть, в несколько неуловимо быстрых, точно рассчитанных ударов, вывели из строя и пилота, и одуревших от неожиданности морских пехотинцев, непростительно расслабившихся после полета. В течение считанных минут нападавшие связали пребывающих в бессознательном состоянии мужчин с помощью широких полос клейкой ленты, не забывая залепить скотчем и рты пленников. Затем четверка без особых церемоний была засунута в кабину бензовоза. Не теряя ни секунды драгоценного времени, победители запрыгнули в вертолет, и вскоре винтокрылая машина вновь поднялась над бетонкой. Еще минута — и, закладывая крутой вираж, вертолет устремился на северо-запад, где призывно зеленели покрытые густыми лесами горы…
— Сколько у нас времени? — вытирая рукавом рубашки обильный пот со лба, деловито спросил у сидевшего за штурвалом вертолета Томпсона подполковник Орехов.
— Не больше получаса, — Стив бросил озабоченный взгляд на приборную доску и добавил: — А то и меньше — горючее почти совсем на нуле, долго не протянем. В любом случае там, на аэродроме, скоро прочухаются, обнаружат наших друзей и наверняка поднимут в воздух истребители для перехвата.
— Думаешь, могут сбить? — без особой тревоги поинтересовался Орехов.
— Вряд ли, — почти уверенно ответил пловец, довольно лихо управлявшийся со штурвалом — видимо, бывший морпех обучался не только ластами шевелить и по джунглям бегать. — Наши ублюдки ведь сразу предупредят местных летчиков, что на борту вертолета находится важный груз. А так кто их, обезьян летучих, знает… Сбить, может быть, и не собьют, но загонят обратно на аэродром и посадят точно!
— Так какого черта ты палево жжешь зря? Делай, давай, как договаривались!
— Да помню я все! Во! Смотри, босс, вон, по-моему, подходящая колымага тащится! И идет одна — как по заказу… Работаем, мистер террорист-угонщик?
— Давай, снижайся! И не больно-то веселись — рановато еще Пляску Победы наяривать!
…Огромный седельный тягач с длинным капотом и обширным спальником выбросил из высоких, вынесенных над кабиной выхлопных труб отчетливо видимые облака черного дыма и пошел на подъем. Дорога, бледно-серой ниткой убегавшая вперед, в глубь острова, извилистой не была, но затяжных спусков и подъемов на ней хватало. Тягач добросовестно пыхтел, подвывая могучим мотором, и тащил за собой длиннющий решетчатый полуприцеп. Вертолет снизился и пошел рядом с дорогой, словно стараясь рассмотреть грузовик получше.
— Отставить! — опуская руку с биноклем, Орехов коротко выматерился. Только что он увидел с помощью хорошей оптики то, что Томпсону невооруженным взглядом разглядеть было трудновато. По сторонам полуприцепа, решетчатые борта которого были собраны из досок, обильно текли струйки каких-то брызг, происхождение которых вычислить было нетрудно: в зазорах между досками мелькали то грязно-розовые спины, то свиные морды с мокрыми пятачками очень даже приличной величины. — Этот сарай на колесах свиней везет! Не хватало еще, чтобы нас по поросячьему визгу и вони за пять минут нашли! Не пойдет! Ищи другой «студебеккер» — поскромнее. Вон тот, например, — видишь, катит? Давай к нему!
