— А мне-то это зачем говорить? Из замка удрать — недолгое дело!
— Потому что, мистер Поттер, я прекрасно знаю вашу способность влипать в неприятности. Так что будьте добры, хотя бы в этот раз сидите спокойно и постарайтесь обойтись без опасных для жизни приключений.
После этой тирады Гарри недовольно насупился, а все остальные весело засмеялись. Лишь Блейз с каким-то странным выражением лица покачал головой. Что-то в словах Люциуса заставило его забеспокоиться. Словно они были пророческими. Когда все отсмеялись, наступила тишина. Сириус обеспокоено ерзал и кидал на крестника нечитаемые взгляды, но, увидев, что Малфой покачал головой, лишь уныло кивнул и успокоился. Они решили, что лучше не стоит говорить сейчас Гарри о том, что авроры узнали о чудесном воскрешении Блэка. Поттер же все время вспоминал письмо Люпина, но никак не решался рассказать о нем остальным.
Посидев еще некоторое время и обсудив более точно план действий на следующую неделю, маги разошлись. Многие из них унесли с собой в душе сомнения и невысказанные тревоги, не решившись омрачать еще больше будущее, которое и так не было радужным.
Если бы они знали, что эти тайны впоследствии принесут им проблемы, то непременно рассказали бы о них остальным. Увы, люди часто предпочитают хоронить свои тревоги глубоко внутри.
* * *
В кабинете, полном различных причудливых стеклянных и металлических приборов, на столе лежал план операции по срыву нападения Темного Лорда. Однако сейчас мысли Альбуса Дамблдора были далеки от него. Всего несколько минут назад отсюда ушел Рональд Уизли, который счел своим долгом предупредить директора о том, что Гарри Поттер вновь что-то затевает. Правда, рыжему гриффиндорцу так и не удалось узнать, что именно планировал свершить лидер факультета львов. Было ясно одно: это каким-то образом касается войны и Волдеморта.
Перед Дамблдором стояла сложная задача — решить, что делать дальше. Почему сложная? Да потому, что Альбус не мог даже предположительно сказать, что именно затевал Поттер. В последнее время мальчик стал совершенно непредсказуемым. Недавно вот Совет Восьми предложил провести бал-маскарад на Хэллоуин, хотя директор был уверен, что Гарри точно знает о нападении. Естественно, возникал вопрос: зачем мальчишке это надо? Предположений на этот счет было много, но ни одно не казалось слишком реалистичным. Вот теперь еще и заявление о том, что Поттер что-то затевает. Был ли его план обычной школьной шалостью на праздник, или же это была разработка собственных действий на Самайн? Должен ли Дамблдор вмешаться сейчас, или лучше просто понаблюдать за развитием событий?
— Альбус, нам нужно поговорить. Открой камин, — Грюм, как всегда, явился в самое неподходящее время. Только он был слишком нужным союзником, чтобы просто так от него отмахиваться.
— Что случилось, Аластор?
— Блэк.
Директор недоуменно нахмурился.
— Мои ребята несколько дней назад видели Блэка в подземельях Гринготтса.
— Аластор, ты сам хоть понимаешь, какую чушь городишь? Сириус мертв.
— Я сам сначала подумал, что это просто глупые слухи. Только вот ребята его видели надежные. К тому же, я сам просмотрел их воспоминания — это точно Блэк.
— Оборотное?
— Едва ли. Он посещал фамильное хранилище, охранную магию которого очень сложно обмануть.
— Быть этого не может.
— А вот случилось. Сам не верю до конца. Ведь своими глазами видел, как Блэк упал в арку.
— Что гоблины?
— А что они? Хранят тайны своих клиентов и нагло ухмыляются, — Грюм раздраженно стукнул тростью по полу.
— Больше он в банке не объявлялся?
— Да кто его знает. Я только сегодня выяснил, что его видели там, — ребята не решались сказать, ведь подобное заявление было больше похоже на бред сумасшедшего.
— Значит, Блэк все-таки умудрился вернуться. Или ему кто-то помог. Гарри?
— Исключено. Чтобы вытащить человека из Сумерек, необходимы не дюжие силы и знания. Мальчишка бы не справился. Возможно, ему кто-то помог.
— Значит, он обзавелся сильными союзниками.
— Или просто не знает, что его крестный жив.
— Да…
— В общем, я предупредил, Альбус.
Директор рассеянно кивнул. К проблемам добавилась еще одна, а времени оставалось все меньше и меньше. Идеальный раньше план действий теперь казался лишь никчемными набросками. Что-то подсказывало Дамблдору, что сражение в Хэллоуин, а иначе это действо не назвать, будет поворотным событием в этой войне. Только предугадать, на чьей стороне окажется удача, было невозможно. Оставалось приложить все силы для того, чтобы перетянуть победу на свою сторону.
И зажгутся костры,
И вознесутся молитвы
К небесам и к земле
Спасения ради.
