Воскресный завтрак в Большом зале проходил шумно и суетливо, словно ученикам вновь сообщили о Тремудром Турнире. С той лишь только разницей, что сейчас учителя не понимали причины переполоха. Студенты же делали все возможное, чтобы сохранить втайне от преподавательского состава новости, которые еще вечером дошли до факультета Хаффлпаф. Теперь же о случившемся в субботу знали все. Информация быстро передавалась из уст в уста, обрастая новыми, порой фантастическими подробностями.
Лишь один человек не принимал участия в общей суете. Драко Малфой с безразличным видом размазывал по тарелке овсянку. Он вообще не хотел идти есть, но друзья заставили — Винс и Грег просто подхватили его и понесли, не обращая внимания на вялое сопротивление. Панси с Блейзом не знали, что и думать. Вчера вечером, незадолго до ужина, их друг вернулся от профессора Снейпа и заперся в своей комнате, игнорируя их призывы и угрозы. Вот и сейчас он сидел молча и, казалось, пребывал где-то в другой реальности.
— Представляете, что вчера Поттер учудил? — к ним подсела Миллисента, только что выслушавшая главные сплетни Хогвартса. Малфой мысленно застонал. «Опять Поттер!». Однако остался сидеть с безучастной миной. А вот Забини с Паркинсон с интересом в глазах подались вперед, готовые слушать дальше. Слизеринка довольно улыбнулась, выдержала паузу и выпалила на одном дыхании:
— Он вчера поймал в подземельях двух хаффлпафцев, которые хотели устроить нам ловушку.
Панси сразу же заскучала, а вот Блейз все еще вопросительно смотрел на Миллисент. Та усмехнулась и понизила голос:
— Только вот незадача: даже однокурсники этих двоих ничего не знали о готовящейся ловушке. Все придумано было спонтанно и в строжайшем секрете, — девушка обвела слушателей многозначительным взглядом, давая время усвоить информацию. Даже Драко оторвал взгляд от овсянки и прислушался.
— То есть, никто не мог их заложить? — Блейз, как всегда, делал правильные выводы. Слизеринка согласно кивнула.
— Именно. А Поттер как-то об этом узнал. Видать, правду говорил тогда, что все узнает и непременно накажет.
Над столом повисла тишина. Подобная осведомленность гриффиндорца была необъяснима и даже немного пугала. Ведь одно дело — угрозы, другое — их исполнение.
— Но ведь с хаффлпафцами ничего не случилось, — прогудел Гойл, который решил внести свою лепту в разговор. Многие посмотрели на него с удивлением — не привыкли слышать, как он разговаривает, а Крэбб согласно кивнул.
— И ничего не случится, — присоединилась к обсуждению девочка с третьего курса.
— То есть?
— Я слышала, как Лонгботтом объяснял другим грифам, что ничего страшного не случилось, а парни и так страху натерпелись, да еще один пострадал от собственной ловушки, поэтому Поттер считает, что нет нужды наказывать их.
— Фех. Как слизеринцы — так публичное наказание, а другие факультеты щадят, — кто-то в середине стола презрительно фыркнул.
— Ой, ли. Я слышал, что на тех, кто напал на нашего, целый месяц будут испытывать изобретения братьев Уизли, — это уже мальчишка со второго курса. Тут же началась бурная дискуссия, в центре которой была фигура Поттера, так что Слизеринское Трио дальше не стало слушать. Панси с Блейзом выжидательно уставились на Драко, но тот лишь подавленно вздохнул и вернулся к овсянке. Паркинсон недовольно нахмурилась и уже намеревалась вытрясти из друга душу, но Забини ее остановил. Юноша знал, что пока Малфой не будет готов, он и слова не проронит. Им оставалось лишь терпеливо ждать, пока наступит это время. Конечно, можно было еще напоить друга Веритасерумом, но для этого нужно было обокрасть Снейпа, что приравнивалось к самоубийству.
* * *
Солнце тепло пригревало, но не палило. Все-таки уже наступила осень, и без теплой мантии можно было легко простудиться. Впрочем, ему сейчас было все равно. Не хотелось сидеть в замке, вот он и сбежал к озеру, чтобы посидеть в одиночестве и подумать. Ему просто необходимо было спокойствие и тишина. Благо, около Запретного Леса мало кто осмеливался ходить, поэтому именно в этой укромной бухточке не было ни души. Это было его секретным убежищем, где можно не опасаться вторжения чужаков.
Юноша устало вздохнул и прислонился спиной к нагретому камню. Ему было необходимо усвоить всю информацию, которую вывалили на него вчера трое мужчин. Впервые за долгое время Драко чувствовал себя маленьким ребенком, которого обманули и не посвятили в тайну. Если бы он был менее шокирован, то обязательно обиделся на отца. Только его так огорошили, что юный Малфой вернулся в свою спальню, почти ничего не соображая, и мгновенно уснул. Утром, когда он проснулся, отчаянно пожелал, чтобы все произошедшее оказалось сном. Увы, реальность была слишком жестока, чтобы потакать его желаниям. Как Драко хотел посоветоваться с друзьями! Но не мог. Потому что не был уверен, что они случайно не проболтаются своим родителям о том, что смогли узнать.
