Брейн кивнул, однако нашел в себе силы остановиться, ведь ему еще предстояло работать, к тому же большое количество натуральной пищи плохо на него действовало, приходилось принимать пилюли-нейтрализаторы, которые притормаживали слишком быстрый метаболизм, вызываемый сверхчистыми продуктами.
По сути, он был дитя продвинутых технологий, и такое вмешательство ему вредило.
– Давай уже вернемся к нашей работе… – сумел произнести Брейн, отодвигая блюдо.
И они занялись разведданными. Брейн демонстрировал полученный материал, а Григ комментировал.
– Да-да, это Эдмонд, это его тачка, и за ним еще одна – тоже его бригады, а поливает их из пулемета Ткач. Это его голубая машина. Говорили, будто он украл броневик в компании по доставке ювелирных изделий.
– Ну похоже, – согласился Брейн, замечая, как рикошетят от голубого автомобиля пули, выпущенные с внедорожников Эдмонда.
Но именно Эдмонду в этот раз не повезло. Задымила одна машина, потому другая. Его бойцы бросились в высокую траву, а оппоненты сначала расстреливали их с дороги, а потом сошли на землю и добили всех, кто еще шевелился. Трофеев брать не стали – автомобили сожгли и укатили на украденном у ювелиров голубом броневике.
– Тут все понятно, сэр, ставим на Эдмонде минус и внимательно следим за Ткачом. Такой активный, он и на других попрет.
– Я его уже отметил в нашем списке полуфиналистов.
– А кто у нас в списке?
– Рабин, Кривой Вилли, Кукер и Тик-Так.
– А теперь еще Ткач.
– Теперь еще Ткач.
– Эх и рубка начнется в финале, – покачал головой Григ.
– Да уж, то еще будет зрелище. А что ты скажешь вот об этом?
Брейн запустил ролик, где к дому Шарунаса подкатывает дорогой внедорожник.
– Знаешь, чья машина?
– Нет, эту тачку вижу впервые, но, судя по лакировке, лицо важное.
– Важное. Значит, и затевает что-то важное.
– Ясное дело, мы же им тут все переворошили.
– А приезжим что до этого? Разборки среди бандитов, а это дом вербовщика – он тут при чем? – спросил Брейн, хотя уже знал ответ на свой вопрос.
– Значит, он повязан со всей обстановкой в долине. Местные его часто в своих разговорах упоминают.
– Значит, нам, за наши художества, готовят ответ, – предположил Брейн, поглядывая на блюдо с оставшимся виноградом.
– Они поняли, что мы не остановимся.
– Они – это те, которые в городе? – уточнил Брейн.
– Ну да. Хотя, я полагаю, ноги у них растут еще выше.
– Скорее всего, – согласился Брейн. – Так ты думаешь, приступом пойдут?
– В лоб? Вряд ли. С лестницами, что ли? Нет, не будет такого. Надо больше смотреть, чтобы понять, чего затевают. Но то, что затевают, это однозначно – на таких машинах просто так в деревню не приезжают.
– Не приезжают, – согласился Брейн. – И вот что, Григ, давай ты будешь говорить мне «ты». Я, конечно, твой начальник, но мы же здесь вдвоем. Вот будет у нас полный штат, тогда ты при всех будешь говорить мне «сэр». Договорились?
– Да не вопрос, Томас, – пожал плечами Григ, и они рассмеялись.
– Слушай, и вот еще что я хотел спросить… – начал Брейн и замолчал. Не слишком ли много лишних вопросов он задает? Возможно, это было действие винограда, Брейн все еще боролся с желанием доесть его.
– А почему здесь нет глюков? – спросил он наконец. – Ну, то есть что-то мне попадалось, но не совсем то, что я видел в городе.
– Штифты, что ли?
– Они самые.
– Штифты имеются, но они здесь медленные.
– Медленные?
– Ну да. Вот ты помнишь, что в подвальном ярусе напротив двери в аккумуляторную стоит большой черный шкаф?
– Это пыльный такой? Ну, видел.
– А нет там никакого шкафа.
– Как это нет?
– А так. Нет, и все. Статичный глюк, потому что народу мало. Им же что нужно? Психическая и всякая другая тонкая энергия. А какая тут тонкая энергия, если я бухал восемь лет?
– Значит, шкафа там нет?
– Нет.
Брейн посидел еще молча и, вздохнув, сказал:
– Слушай, Григ, убери отсюда этот виноград…
– Уберу, – понял капрал. – Но знаешь что, не принимай пилюли-нейтрализаторы.
– Почему это?
– Один раз перетерпи, пусть тебя потрясет, ну и, может, в сортир лишний раз сбегаешь, зато потом будешь есть любой натурпродукт совершенно свободно.
Брейн недоверчиво посмотрел на Грига. Пару раз он попадал в опасные ситуации, когда приходилось есть непроверенные продукты, хотя и рекомендованные другими коллегами.
Не факт, что ему подойдет то, что подходило Григу, который восемь лет пил какие-то агрессивные жидкости собственного приготовления.
– Я давно этот способ опробовал, – словно отвечая на его сомнения, добавил Григ. – Еще когда был солдатом. Однажды на марше сожрал весь паек, а партизаны нас к тому моменту загнали в такую глушь, где навигаторы из-за геоаномалий не работали, так что даже груз вызвать мы не могли, не имели понятия, где находимся. Ну, и пришлось переходить на «рекомендуемый перечень при допустимом риске».
Брейн кивнул. «Рекомендуемый перечень» входил в общие инструкции по выживаемости для каждой конкретной местности. Он не всегда был точен, и следовать его рекомендациям старались только в крайних случаях.
