- Мы хорошо, - в ответ улыбается Кальн. – Давай, переодевайся уже скорее.
- Хорошо-хорошо, - засмеялся Дэнар и ушел в соседнюю комнату.
Проследив за ним взглядом, Кальн мысленно поразился тому, как за столь короткое время наладились их отношения. Нет, ссоры тоже случались, но чаще всего они были по причине перепадов настроения беременного омеги, нежели по каким-то серьезным причинам. Теперь, когда самочувствие Кальна с каждым днем становилось все лучше и лучше, он отмечал, как сильно он изменился. Теперь он был спокойнее, медлительнее и ленивее, чем раньше. Вот и сейчас, когда Дэнар взяв выпечку и отвар, уселся в соседнее кресло и начал рассказывать ему о своих тренировках, омега мягко улыбался и слушал его. Ему нравился, как звучал голос любимого: он был таким глубоким и мужественным, что он готов был вечность слушать его, особенно когда он шептал ему всякие нежности и извращения. А еще ему нравилось его лицо, губы, его чувственные руки… Кальн встрепенулся и покраснел, думая о том, что его мысли свернули в какое-то странное русло.
С тех пор, как его перестало воротить от запахов и тошнить по любому поводу, он неожиданно вспомнил, что он был омегой, причем не одиноким, и у которого были свои… потребности. С тех пор, как его тело потеряло форму, он старался носить просторную одежду, опасаясь того, что он перестал быть таким же соблазнительным для Дэнара, но, ловя на себе его заинтересованные взгляды, Кальну думалось, что альфа уж точно не будет против близости. Но Кальн все равно стеснялся…
- Все хорошо? – оторвал его от размышлений обеспокоенный голос Дэнара.
- А? Д... да, все хорошо, просто я задумался, - быстро ответил Кальн и, опустив взгляд, продолжил допивать свой отвар, который уже давно остыл. Стыд-то какой.
- О чем? – оживился Дэнар и решил пересесть ближе к омеге. Кальн нехотя уступил альфе пуфик. Дэнар правильно расценил его вздох и, устроившись, он бережно положил ноги омеги на свои колени и начал растирать рукой затекшие подушечки. Кальн только тихо застонав, мысленно благодаря Богов за сообразительность альфы. – Гарольд что-то сказал тебе о ребенке?
- Гарольд говорит только то, что я определенно беременный, - усмехнулся Кальн. – Ну, и то, что я хорошо выгляжу. Дальше на более поздних сроках уже виднее будет.
- А ты не говорил с ним о занятиях… любовью? – как бы невзначай поинтересовался альфа.
- Л-любовью, - поперхнулся словами Кальн, с удивлением глядя на альфу. На самом деле он действительно интересовался таким щекотливым вопросом, и разрешение врача уже получил. Его щеки покраснели, и на мгновение ему показалось, что альфа догадался, что за мысли занимали его голову последние дни. – С чего бы мне интересоваться подобным у Гарольда?
- Ну, вдруг, - с сожалением покачал головой Дэнар, продолжая разминать стопы парня. Словно невзначай, его рука переместилась выше, легла на колено, прошлась пальцами по бедру. От этих прикосновений по всему телу пробежала волна мурашек, заставляя омегу нетерпеливо поежиться. – Просто, в последнее время ты стал таким… привлекательным. Ты словно светишься изнутри, постоянно так смотришь на меня, думая, что я не вижу. В общем, терпение мое на исходе, только я не рискну к тебе притронуться, если не буду знать наверняка, что могу.
- А если я скажу, что Гарольд разрешил? – осторожно спросил Кальн, лукаво глянув на супруга. Сил терпеть уже не было никаких, поэтому смущение ушло на второй план, уступив место волнению и какому-то жадному томлению, скопившемуся внизу живота. – Что тогда ты станешь делать?
- Я? – улыбнулся Дэнар, как-то странно посмотрев на омегу. В его взгляде читалось желание, от которого у Кальна даже дыхание перехватило, а между ног стало влажно. Безумно хотелось почувствовать его прикосновения, вновь познать нежную силу его движений… Дэнар словно слышал его мысли, и, наклонившись ближе, произнес: - Я бы предложил перейти в соседнюю комнату, иначе бы я начал раздевать тебя прямо на этом кресле, но, боюсь, что сейчас не лучшая затея вновь испытывать твою гибкость… мы можем навредить невольному свидетелю.
- Боги, Дэнар, - смущенно засмеялся Кальн, прикрывая рукой глаза и невольно вспоминая их первый раз, когда был зачат ребенок. Омега и сам не знал, что он может быть таким гибким. Тем временем Дэнар поднялся и протянул ему руку, чтобы помочь встать с кресла.
