Склонившись над Кальном, он игриво подразнил кончиком языка набухший сосок, а после легонько прикусил его, вырывая у омеги протяжный стон удовольствия. Воодушевившись, он начал посасывать твердый комочек, мня его губами, лаская языком и наслаждаясь ответной реакцией возлюбленного, который начал благодарно поглаживать его плечи. Проследив вниз дорожку из поцелуев, он обвел языком вокруг пупка, нежно коснулся губами мягкой кожи. Рука уже проскользнула между ног омеги и начала мучительно медленно водить пальцами вокруг подрагивающего кольца мышц, дразня его, заставляя желать большего. Кальн громко всхлипнул, когда первый палец легко проскользнул внутрь уже такого влажного прохода и начал ласкать внутренние стенки. Его бедра нетерпеливо заерзали, а когда Дэнар нашел его чувствительную точку, Кальн протяжно застонал и схватился за предплечье возлюбленного. Ощущения были такими яркими, непривычными, словно, вопреки беременности, у него вновь началась течка. После очередного сладкого спазма, Кальн рвано выдохнул и закусил нижнюю губу.
- Тебе не больно? – беспокойно поинтересовался Дэнар.
- Нет, мне хорошо-о-о… - простонал омега и посмотрел на своего альфу взглядом, полным желания. – Хватит меня мучить, войди в меня…
- Куда нам спешить? – улыбнулся Дэнар и наклонился, целуя вздрагивающий круглый животик. – Хочу, чтобы ты получил как можно больше удовольствия.
- Ааа! Ах! – протянул Кальн, когда пальцы Дэнара ударили по простате, заставляя омегу затрепетать. Выдержать такие потрясения он уже был не в силах, поэтому Кальн всхлипнул и взмолился: - Дэнар, пожалуйста, я больше не могу! Войди в меня, прошу!
Дэнар сглотнул, чувствуя, как планы в его голове резко изменились. Как он мог отказывать в такой просьбе, особенно когда подобное говорил изнывающий от желания Кальн. Вынув пальцы, Дэнар смазал себя выделившимся соком любимого и, приставив головку к входу, осторожно надавил. Кальн протяжно застонал, откидывая голову назад, открывая соблазнительную шею, которую альфа не удержался и начал покрывать поцелуями. Нежными плавными толчками он полностью вошел в Кальна и остановился, желая дать омеге отдохнуть, но тот лишь застонал и начал нетерпеливо двигать бедрами, прося большего. Внутри возлюбленного было божественно: узко, горячо, влажно. Его сладкие стоны, руки, цепляющиеся за него или нежно поглаживающие его предплечья – все это распаляли Дэнара, который увеличил темп, вырывая все больше стонов у омеги. Когда рука воина едва обхватила горящий пульсирующий член омеги, тот вскрикнул и кончил, при этом сжавшись так, что альфа не выдержал и, сделав еще несколько толчков, излился следом за возлюбленным.
А потом, когда они привели себя в порядок и легли под одеяло, было много нежностей, ленивых поцелуев, ласк. Рука Дэнара постоянно поглаживала животик омеги, и альфа в тайне надеялся почувствовать хотя бы малейший толчок, хоть и знал, что для подобного было еще слишком рано. Чувствуя тепло обнаженного тела рядом и наслаждаясь нежность возлюбленного, Дэнар быстро уснул, уткнувшись носом в рыжую шевелюру омеги.
Рыжий кот сидел посреди прихожей и немигающим взором смотрел на Кальна. Сонный омега никак не мог понять, откуда в их доме взялся кот, и, когда он попытался подойти к нему и погладить, кот громко мяукнул и побежал в сторону окна, после чего запрыгнул на подоконник и вновь начал внимательно следить за хозяином дома. Кальн только тяжело вздохнул, думая о том, что сейчас у него не было желания бегать за животинкой и ловить ее, и, если нежданный гость продолжит сопротивляться, омеге придется будить Дэнара и просить о помощи. Но, к его удивлению, когда Кальн подошел к окну, кот остался на месте и даже с места не сдвинулся, когда омега осторожно прикоснулся к мягкой шерсти и начал его гладить. Кальн никогда особо не питал слабости к животным, но, тут, с каким-то ребяческим интересом, он продолжал наблюдать за котом, который отвернулся к окну и следил за тем, что происходило снаружи. А на улице было раннее утро: солнца не было видно, но горизонт же начал светлеть. Видимо, день ожидался ясный и теплый, поэтому омега улыбнулся и подумал о том, что его малыш родится в теплое время года. Рука легла на живот и начала поглаживать его, словно желая убедиться в том, что ребенок был согласен со своим папочкой.
