Точка плавления (ЛП) полностью

Любезности закончились, слава тебе Господи. Симпсон повернулся к Брейди, его отличное настроение сквозило во всех чертах красивого до тошноты лица. Налет дыма с кожи Гейджа проскользнул в воздухе между ними и впитался в кровь Брейди.

— Дарси, — пробормотал Брейди.

— Угу. Она застряла в пригороде, занятая организацией девичника. Очевидно, куча роз и сердечек.

— И ты вытащил короткую соломинку.

— Ага. Что случилось?

— Просто свалял дурака.

— Байк в лучшей форме, чем ты, Шеф Дурачок?

Брейди сжал губы, чтобы скрыть улыбку.

— Не на много. Отбуксировали в мастерскую.

— Так еще есть шанс, что однажды я смогу почувствовать всю эту мощь между своих ног?

Проигнорировав это высказывание и то, какой прилив возбуждения вызвали эти провокационные слова Гейджа, Брейди посмотрел на Глэдис и указал на Гейджа.

— Вот кто меня отвезет.

Медсестра одарила его сладкой-как-гниющий-фрукт улыбкой.

— Ну разве ты не везунчик, Татуированный Мальчик?

Неа. Брейди Смит и везение никогда не были на короткой ноге.

***

У Гейджа чуть не случился сердечный приступ.

Он только вернулся со своей смены в ПО №6 и был как раз на расстоянии одного скользящего движения от наконец-то-я-лягу-в-кровать оргазма с прохладными, сплетенными из восьми сотен нитей египетского хлопка простынями — Гейдж никогда не скупился на белье — когда пришло сообщение от Дарси.

“Брейди попал в аварию. Срочно позвони мне”.

Без сомнения, маленькая ведьма целенаправленно добавила драматизма, надеясь спровоцировать реакцию. Отлично сыграно, Дарси Кокрэйн, твой коварный план сработал.

Гейдж запрыгнул в машину и уже на всех парах сворачивал на первом углу, когда понял, что даже не знает, в какую больницу направляется. К тому времени, как он добрался до Северо-Западного отделения скорой помощи, Гейдж уже знал, что все в порядке, но охватившее его облегчение, когда он увидел, что Брейди на своих двоих и сейчас до чертиков выводило Гейджа из себя. И вот он здесь, несёт потертую кожаную куртку, пакет с болеутоляющими и ясную мысль “хотел бы я забыть тебя”. Удивительный вид, открывавшийся на задницу Брейди, который поднимался по лестнице в свой лофт в Западном Лупе, тоже ни в малейшей степени не помогал.

“Верни себе контроль над своим членом, Симпсон”. Все, что Гейджу надо было сделать, — убедиться, что Брейди комфортно и умчаться оттуда со всех ног, прежде чем… прежде чем что? Не похоже, чтобы Брейди собирался сделать или сказать что-то, что хоть на йоту поощрит Гейджа. Он ясно дал это понять. Даже не друзья, просто дружелюбные, и то едва ли. Гейдж делал одолжение Дарси, вот и все.

— Когда ты последний раз принимал болеутоляющие? — спросил Гейдж, как только они шагнули внутрь. Он проклинал нетерпение, которое прорывалось в его голосе.

— Около часа назад.

— Значит, тебе придется подождать еще три, — место не изменилось за пять или что-то около того недель, когда он приходил сюда последний раз ночью и ушел в раздражении. На стенах плакаты с едой, те французские, которые есть у каждого студента колледжа. Но эти были в рамках и, наверное из-за того, что их было много, — шикарно смотрелись на фоне терракотовой кирпичной стены. Все то же одно древнее твидовое кресло, самое мягкое место в шикарном огромное лофте, который имел много острых углов, как и мужчина, стоящий перед ним.

Знаете, что говорило это одинокое кресло? Мне никто не нужен, вот что.

Гейдж поставил медикаменты на кухонный островок, а куртку повесил на спинку высокого стула. Работа сделана. Время уходить и раздобыть немного дури перед тем, как совершить свой еженедельный загул по прекрасным окрестностям Ломбарда. Вот оно, счастье.

Если бы только Брейди не смотрел на него так, словно хотел что-то сказать.

— Что? — спросил Гейдж, скрестив руки на груди.

Брейди пожал плечами и поморщился, поняв, что забыл о своей травме. В любом другом случае, Гейдж улыбнулся бы над тем, как мило это выглядело, но прямо в эту минуту? Он этого не чувствовал.

— Брейди, выкладывай.

— Мне нужно принять душ, но боюсь, будет охрененно больно снять рубашку.

— Вот черт. Ты же вывихнул плечо, идиот.

Глаза, цвета насыщенного какао, встретились с серебристо-синими глазами Гейджа. Это был момент между ними, потрескивающий от осознания того, что именно сейчас изменится. На протяжении этих пары недель минета-для-одного, Гейдж ни разу не видел этого мужчину без рубашки. Он наслаждался краткими проблесками татуированных рук парня, приоткрывающейся кожей его шеи, требующего, чтобы его облизали, треугольника его горла. Будто какое-то шоу “Театр Шедевров”[1], где парень преодолевает все трудности ради вида затянутой в чулок лодыжки девушки.