Колдун повернулся и побежал, приподнимая хламиду. Птичьи кости перестукивались на его рукавах.
Когда он сиганул вниз и скрылся в канаве, Алекс обернулся, прикидывая радиус поражения, силу ударной волны, рельеф местности. И нажал кнопку «пуск».
***
Может, он книжку прочитал неправильную, или неправильно ее понял, или магистр за это время успел перетащить бомбу поближе к битве. Но все пошло немного не по плану.
Яркая вспышка, от которой все стало черно-белым, его не удивила. Так же как затрясшаяся в припадке земля и грохот, заложивший уши.
А вот когда его спина вдруг почувствовала нарастающий жар, да такой, что на рукавах пиджака заплясали и задымились языки пламени, ему пришлось активировать спелл скорости и пулей прыгать под защиту стен.
Он лег в глубокую яму за углом башни, прижался лбом к черным камням и закрыл глаза.
А когда выглянул из укрытия, на поле боя бушевало пламя.
Огненно-черный океан был затянут дымом, и можно было разобрать только обугленные остовы ближайших деревьев.
Алекс закинул в рот заранее припасенные таблетки антирада и выбрался наружу.
Земля была горячей и покрытой пеплом. Волна пламени дошла до города, и только стены ее остановили. Тут и там лежали бесформенные кучки мусора, и только по остаткам доспехов он понял, что это сожженные до костей люди.
Некромант стоял на коленях в своей канаве и мерно раскачивался.
- Ты как, живой? – спросил Алекс и не удивился своему сиплому чужому голосу. Он читал, что от сильной радиации меняется все восприятие.
Колдун не ответил. Он что-то шептал себе под нос, будто молился.
- Извини, - сказал Алекс. – Малость не рассчитал последствия.
Хламида некроманта была почти полностью сожжена, и сквозь прорехи проглядывала красная, покрытая волдырями кожа.
- Давай поднимайся. Надо отсюда убираться. Мне скоро никакого антирада не хватит. Фонит как в Хиросиме.
Колдун поднял голову.
Кожи у него на лице больше не было.
- Ты их всех убил, - прошептал он. – Обе армии. Я чувствую это. Никто не спасся.
- Да ладно, - хмыкнул Алекс. – Все спаслись. Сидят в соседних локациях, пиво пьют. - Он прошел мимо, поднимая тучи пепла. – Вставай, нечего сидеть.
Колдун мелко затрясся, и Алекс не сразу понял, что он смеется.
- Они теперь все мои! – его красные глаза, лишенные век, были безумны и напоминали экспонаты анатомического музея.
- Да-да, все теперь твои. Ну, ты идешь или нет? Сам хотел на ту сторону. Эй, как тебя… - Алекс остановился. – Кстати, а как тебя? Я ведь даже не знаю твоего имени.
Колдун икнул, захлебываясь.
- Мое старое имя ты сжег вместе с остальными. Теперь я Некрос. Да. Некрос.
- Оригинально, ничего не скажешь. Некромант по имени Некрос. Фантазии тебе не занимать.
Колдун снова скрючился и что-то забормотал. Вокруг его фигуры возник еле заметный призрачный водоворот. Ручейки пыли побежали в разные стороны.
- Если не едешь, так и скажи. Мне тут делать нечего.
Алекс хотел что-то еще добавить, но осекся.
Ближайшая куча костей с доспехами вдруг зашевелилась, когда до нее добрался ручеек от колдуна, дернулась, собирая разбросанные черные конечности. Скелет оперся костяшками на перекладину меча и медленно поднялся из пепла. Провалы глазниц под нависающим шлемом тускло зажглись красным.
Потом ручейки добрались до второго, третьего.
Вскоре уже с десяток мертвецов стояли и покачивались, словно в раздумьях, что делать дальше.
Колдун забормотал громче.
- Ясно, - сказал Алекс. - Тебе и здесь игрушек достаточно. Бывай, Некрос.
Он побрел к скале, обходя встающих мертвецов. Поднялся к пещере, сел в машину. Он боялся, что взрыв выведет ее из строя, но «кадиллак» заурчал с первой искры.
Пепел падал с неба темными хлопьями, и хрустели под колесами кости.
Алекс ехал медленно, вдоль стены, опасаясь ям под слоем пепла.
Когда машина поравнялась со все также стоящим на коленях некромантом, Алекс опустил стекло.
- Эй, а ворота точно откроются? Все-таки меня терзают смутные сомнения.
- Не сомневайся, - прошептал тот. – Ты выполнил главное условие.
- Упромыслил кучу солдафонов?
- Нет. Убийство - это средство. А цель была другая.
- Какая еще цель? – нахмурился Алекс.
- Скоро узнаешь, - ощерился колдун и снова мелко затрясся.
- Совсем спятил, - решил Алекс, поднял стекло и тронулся с места.
Красное солнце едва пробивалось сквозь черную пыль, бежали следом ручейки пепла, и вставали из праха мертвые. Их становилось все больше.
Когда Алекс завернул за угол, то увидел впереди две остроконечные башни.
Ворота между ними были открыты.
Благословенный Дис тянулся как жвачка, прилипшая к подошве, и не было ему ни конца, ни края.
Безлюдные, вымощенные камнем улицы перетекали в такие же безлюдные площади с обязательным фонтаном посередине, а площади сменялись проулками, столь тесными, что солнце не заглядывало к ним даже по большим праздникам. Мрачные дома нависали над машиной, разглядывая ее заколоченными окнами.
