Сиквел «Топлива». Прошло два года с тех пор, как власть в Империи захватил стратегический андроид Кукольник. Божественная Машина правит поистину железной рукой, заручившись поддержкой лучших киборгов. Однако кучка анархистов бросает вызов системе.
Он чувствовал, что куклы бесшумно идут по пятам. Но он ощущал исходившее от них веянье сухого льда и мог различить едва заметное жужжание механических суставов. Точнее, едва заметное уху киборга — простой человек не услышал бы ничего и непременно погиб. Но он слышал.
Киборг лет тридцати-тридцати пяти. Рослый и мощный, как и все киборги, он мог оставаться совершенно неподвижным. Даже сейчас, когда большая часть его лица сошла кровавыми лоскутами от удара лазерной плети. Этим оружием в совершенстве владели только полицаи. Куклы. Бесполые, изящные существа обтекаемой формы, покрытые щитками из белого пластика, издевательски-антропоморфные и так же чуждые человеческой природе, как титановые кости, заменившие скелет их будущей жертвы, что пряталась сейчас от погони среди развалин какого-то промышленного здания. Киборг замер и затаил дыхание. Это поможет выиграть лишь несколько секунд, которые куклы потратят на пеленгование беглеца своими биорадарами. Этого времени ему с лихвой хватит для атаки.
Киборг чуть прикрыл глаза, подсчитав по звукам приближающихся шагов, когда…
Один молниеносный бросок из-за кирпичной стены, два размашистых удара титановыми когтями, и обе куклы, даже не успев поднять плети, падают на гору щебня, грохоча, как консервные банки.
Только теперь киборг смог перевести дыхание. Вернулась боль, от которой захотелось взвыть. Но он закусил губу (точнее, то, что от неё осталось) и переждал приступ. Стабилизаторы и нейроблокираторы размывали болевые ощущения и не давали развиться травматическому шоку.
Он присел на корточки рядом с одной из кукол и быстро срезал когтем белое пластиковое лицо. На левой скуле — штрих-код, который пеленгуют ультрафиолетовые лучи прочих полицаев. Запеленговал — свой. Не запеленговал — нарушитель комендантского часа. Подлежит уничтожению.
Киборг приладил лицо куклы к своему, изуродованному лазерной плетью, наскоро примотал его к голове белыми проводками и бросился бегом к шоссе. Там остался аэробайк полицаев, запеленговавших его полчаса назад. Теперь эти ходячие горы пластика и железа никого больше не засекут!
Боль ползла по всей голове, сжимая виски и затылок ледяными скользкими щупальцами. Киборгу казалось, что пластиковое лицо прирастает к его собственному, и скоро он сам превратится в одну из кукол. Чушь. Просто боль. Потеря крови. Усталость. Шок.
Чёрт возьми, сегодня он сделал то, что не удавалось никому прежде — проник за Периметр! Конечно, не без помощи неожиданного союзника, странного типа по имени Макс. К сожалению, довершить начатое не удалось — слишком неравны были силы. Ну ничего. Надо немного подлататься, учесть прочие ошибки и снова попробовать.
На пути в кварталы нижних уровней мегаполиса пару раз натыкался на патрули. Приходилось снижать скорость до приемлемой. Его сканировали и пропускали. Тупые куклы! Как их легко обмануть!
Когда в глазах стало темнеть, и измученный организм потребовал немедленно остановиться, угрожая отключиться, киборг наклонил штурвал, снижаясь. Становилось теплее. Постепенно забывалось, что на дворе зима. Внизу всегда душно, тепло, и редко лежит свежий снег. Зато на вершинах башен вертикального города, вытянутого на много километров вверх, снег никогда не тает.
Где-то тут поблизости Притон, едва ли не единственный из сохранившихся.
Как только к власти пришёл этот чёртов ублюдок Велиар, Притоны смели с лица земли. Даже те, которые регулярно платили дань. Но несколько всё же осталось. Вероятно, их существование было выгодно новому правительству. Наверняка из соображений шпионажа, а вовсе не прибыли, как раньше. Ничего. За ним не удастся пошпионить. Сегодня он умрёт. И родится другим человеком. То есть, другим киборгом.
На настойчивый стук кулаком в дверь отреагировали почти сразу.
— Кого принесло? — прошипел за дверью сиплый голос. Послышалось щёлканье затворов.
— Мне нужно вырезать биочип. И ещё мне нужно новое лицо, — хрипло ответил киборг. Кровь капала из-под пластиковой маски и щекотала разорванные ноздри.
Маленькое окошечко в двери слегка приоткрылось, раздался судорожный, испуганный вздох, но стрелять не стали — быстро сообразили, что перед ними не кукла.
Дверь отворилась. Киборг спрыгнул с аэробайка и втащил его в узкий, захламлённый ящиками и пластиковыми контейнерами коридорчик. Позади сразу же лязгнул засов.
В коридоре толпилось несколько человек с самодельным огнестрелом. Кто-то присвистнул:
— Откуда у тебя эти игрушки?
— Не важно, — прохрипел киборг, мотнув головой. — Плачу двести теневых кредитов. Мне нужно лицо.
С этими словами он сорвал маску. Кто-то коротко вскрикнул.
Невысокий сутулый тип с обширными залысинами, стоявший чуть впереди всех и являющийся, судя по всему, хозяином этого Притона, поморщился:
— Ух ты ж, как приложило! Давай, быстро за мной. Только платишь вперёд. А то вдруг сдохнешь. Наркоза нет. Времена такие, знаешь ли, дефицит.
— Вытерплю. Я всё-таки киборг.
