– Основная занятость у нас унылая очень уж, – посетовал Мик, косясь на меня так явно, что мысль о каком-то прозрачном намеке просочилась даже в мою отбитую голову. – То лежи, то ползи. Стрельнуть и то дают редко-редко. Про такое сериалов не снимают, а ведь сериалы снимают и вовсе ни про что. Один раз, правда, встретили зомби.
Опять он за свое.
– Это был не зомби, блин. Вот и Фирзаил подтвердил, что зомбей не бывает.
– Не подтверждал, – откликнулся эльф немедленно. Неужели он правда всю нашу галиматью слушает? – Зомби бывают или, вернее, могут быть созданы, их поднятие – академическое упражнение круга Оххаль, как это у вас называется… первый курс, штаны на лямках… что любопытно, униформа неофита действительно включает штаны на лямках, и это я страстно желаю считать случайным совпадением. Сомнение мое относится к концепции явления, кое вы упорно величаете зомби-апокалипсисом. По сути, зомби – инструмент, как палка или, например, ваш транспорт. Для управления зомби нужен чародей, а лишенный контроля труп моментально возвращается к своему аморфному статусу. Очень сильный чародей может управлять… ну, не знаю, тремя зомби? Пока не потеряет концентрацию. Обычно и один сильно изматывает – ведь управлять им буквально означает «снабжать его энергией для всех его функций». Таким образом, для массового восстания зомби помимо мертвых тел понадобится сходное число действующих чародеев. Поверьте мне, действующий чародей всегда найдет, как себя проявить лучше, нежели телекинетированием гниющего трупа.
– Наш зомби был научного происхождения, – еле дождался своей очереди фон. – Мы его нашли в секретной научной лаборатории.
– О-о, – ответил на это эльф с аптекарски отмеренным смешением «не верю», «ох уж мне эта ваша наука» и «да не плевать ли».
– Не в секретной лаборатории, – пришлось мне вмешаться, пока иноземец о нас совсем плохого не подумал, – А во вполне обычной, даже не в лаборатории, а в ее серверной, где уж вовсе нечего делать ни зомбям, ни чародеям. И был он ни разу не зомби, а солдафончик, которого поставили там что-то охранять.
– Мейсон, не отмахивайся от очевидного. Он ходил как зомби, вперевалку, ничего не видел и спотыкался…
– Потому что на третьи-то сутки, забытый на посту, он нашел таки склад препаратов и вмазался без разбору чем только додумался.
– И я в него дважды выстрелил, прямо в грудь, как ты всегда учил, а он только заворчал, и пришлось ему в мозг штык воткнуть! Это ты как объяснишь?
– Стрелять, блин, научись. И имей в виду, что девятка не панацея, особенно если накачать цель промедолом.
– Ужасы какие вы рассказываете, – пожаловалась Айрин, вернувшаяся со своих водных процедур. – Серьезно? Зомби в секретных лабораториях?
Я только плечами пожал. Сил у меня нынче нет выправлять правду, из которой алчный до красивостей фон навязал жирафов и самолетиков.
– Можно ей рассказать, Мейсон? Ну, в общих чертах, без фамилий? Это ты там о неразглашении подписывался.
– Валяй. Все равно в твоей интерпретации выйдет насквозь фантастическая история.
– Ну так вот. Был знойный июльский…
– Давай тезисно, а?
– Какое нетерпение. Ладно. Подрядили нас на сверхсекретную операцию. В одной африканской державе некая фармацевтическая корпорация из… неважно, я думаю – главное, что большая и шибко зловещая… проводила жуткие эксперименты. Я так думаю, главным образом по созданию зомби-сверхсолдат. Но в стране случился военный переворот, что у них там вообще довольно часто, и вышло так, что все их тайные наработки оказались заперты в серверной посреди города, наполненного черным спецназом. И вот нас послали их выкрасть и доставить. Пули свистели над головами!.. Ладно, не в тот конкретный раз, подобрались мы тихо, хотя пришлось двое суток валяться в канавах, выгадывая момент, чтобы пройти без эксцессов. В итоге мы вовремя прикинули, сколько вреда эта гадость принесет миру, и вместо того, чтобы извлечь и притащить заказчику харды из сервера, все там взорвали. Круто было! Это в общих чертах, там было множество ярких подробностей.
