Если Ясуда сел в Отару, он должен был приехать на поезде, вышедшем из Хакодатэ раньше «Маримо». До «Маримо» есть еще один экспресс, «Акасия», в 11:39. А еще раньше есть два почтовых поезда и экспресс, отбывающий из Хакодатэ в шесть утра. Но все это немыслимо, совершенно уж немыслимо.
Михаре было необходимо заставить Ясуду стоять на месте самоубийства влюбленных, на Касийском побережье, на острове Кюсю, между десятью и одиннадцатью вечера 20 января. Что там делал Ясуда, об этом можно подумать и потом. Но он был, был там! Но ведь в этом случае он мог уехать из Хакаты только на следующее утро. Экспресс на Токио шел в 7:24. Далее ему нужно было попасть на Хоккайдо. Как ни ломай голову, получается заколдованный круг.
– Не мог он попасть за такой короткий срок из Хакаты на Хоккайдо, разве что у него были крылья, – подумал вслух Михара и тут же споткнулся на последней ступени. Нет, на лестнице было светло. Он едва не закричал. Как же он до сих пор не подумал об этом! У него зазвенело в ушах.
Чуть ли не бегом он бросился к себе в отдел. Дрожащими пальцами начал листать расписание. Расписание воздушного сообщения. Для верности еще раз просмотрел маршруты самолетов за январь по всем числам.
Фокуока 8:00 – Токио 12:00 (№ 302)
Токио 13:00 – Саппоро 16:00 (№ 503)
Нашел! Михара глубоко вздохнул. В ушах все еще звенело.
Ну конечно же, Ясуда был на Кюсю и вылетел из Хакаты 21 января в 8 утра. Через Токио на Хоккайдо. В 16 часов он уже находился в Саппоро. Как же Михара до сих пор не догадался о пассажирских самолетах? Втемяшились ему в голову эти поезда! Прилип к экспрессу «Сацума», отправлявшемуся из Хакаты в 7.24 утра. Эх, стукнуть бы как следует по своей тупой башке! Теперь конец сомнениям.
Михара позвонил в воздушное агентство «Нихон»[12]. Справился, сколько времени идет автобус от саппорского аэропорта Титосэ до города.
– Примерно час двадцать минут. А в городе от автобусной станции до вокзала десять минут ходьбы, – был ответ.
Следовательно, Ясуда приехал в Саппоро примерно в 17:30. «Маримо» прибывает в 20:34. Целых три часа свободного времени. Что же он делал в Саппоро?
Пальцы Михары снова заскользили по строчкам расписания поездов на Хакодатской железнодорожной линии. Есть почтовый поезд, отправляющийся из Саппоро в 17:40. Он приходит в Отару в 18:44. Далее. Та же линия, только движение в обратном направлении. Экспресс «Маримо», выходящий из Хакодатэ в 14:50, прибывает в Отару в 19:51. Между этими двумя поездами перерыв более часу, точнее час семь минут. Ясуда мог спокойно дождаться «Маримо» и сесть в поезд, чтобы ехать обратно в Саппоро. Сразу же после посадки показывается Инамура.
Теперь ясно, почему Ясуда впервые появился в вагоне Исиды только тогда, когда проехали Отару. Он не стал попусту тратить время в Саппоро. Прибыв в город на автобусе, быстрым шагом за десять минут дошел до вокзала и как раз успел к отходу почтового поезда. Незначительные отрезки времени – десять минут в Саппоро, час в Отару – Ясуда использовал с максимальной выгодой. Тот же прием, что и на Токийском вокзале. Михару поразила гениальная способность Ясуды пользоваться временем.
Михара подошел к столу инспектора, показал расписание и все объяснил. Его голос еще дрожал от возбуждения.
– Молодец, докопался! – Касаи посмотрел ему прямо в глаза. Слова прозвучали резко, отрывисто. – Молодец, прекрасно! – повторил он возбужденно.
– Итак, алиби Ясуды рухнуло. Или, может быть, вообще странно говорить о его алиби? – через некоторое время сказал инспектор.
– Почему же странно? Все факты, делавшие невозможным присутствие Ясуды на месте самоубийства, теперь не имеют значения, – возразил Михара.
Действительно, таково было его убеждение.
– Следовательно, если это не невозможно, он мог присутствовать при самоубийстве… – Касаи постучал костяшками пальцев по столу.
– Разумеется, – решительно ответил Михара.
– Тогда тебе придется объяснить, по какой причине, – инспектор снова уставился на Михару.
– В данный момент я не могу этого сделать, – Михара мучительно сдвинул брови.
– Хочешь сказать, что многое тебе самому еще неясно?
– Да.
– Например… алиби Ясуды еще не полностью опровергнуто…
Михара понял, что Касаи хотел этим сказать…
– Показания заведующего сектором Исиды?
– Н-да…
Их взгляды встретились. Это продолжалось несколько секунд. Касаи первым отвел глаза.
– Исидой можешь не заниматься, – сказал инспектор, – я беру его на себя. А кроме этого, есть и другие нерушимые преграды, – продолжал Касаи. – Что поделаешь с пароходными бланками? Это тебе не показания свидетелей, в которых можно усомниться, а железное вещественное доказательство.
Да. Именно поэтому тогда на вокзале в Хакодатэ Михара почувствовал себя раздавленным. Но, как ни странно, сейчас такого чувства не было. Действительно, перед ними еще была крепкая стена вещественных доказательств. Но это больше не подавляло.
– Ну что ж, – сказал Михара, – с вашего позволения, попытаюсь опровергнуть и это.
Тут Касаи впервые улыбнулся.
