– Не всё! Какие-то кусочки дописать нужно. Что-то поменять. Но ведь ты же знаешь, сколько раз всякие великие писатели переписывают свои книжки! Вот у Толстого сколько было черновиков. Пушкин своего «Евгения Онегина» сколько лет писал!
– Ну ты сравнил!
– Так, мы тут болтаем, а тебе уже давно выходить пора.
Спасибо папе, он меня все-таки выпихнул из дома. Дал мне свою рубашку, она мне почти по колено, но даже прикольно получилось.
Я вышла в центре из метро. Был такой ранний вечер, когда с одной стороны еще закат, а с другой – синеющее небо и тонкий месяц уже встает из-за домов. И чувствуется, что уже совсем скоро наступит настоящая весна. И просто от этого уже так радостно и легко!
И тут от Матвея пришло сообщение:
Прогуливаем?)))
Опаздываю)))
Я набрала ответ и засмеялась.
Мы в любом случае друзья! И в начале года я даже мечтать о таком не могла.
Через полтора часа мы будем сидеть у Оли и пить чай, и ее дедушка, может быть, что-нибудь споет нам, а может быть, Матвей. А потом мы будем вместе ехать на метро, и если Наташа останется у Оли ночевать, то ехать мы будем вдвоем.
А завтра я пойду к Маше смотреть кино.
А еще Лёля зовет погулять на выходных.
А в среду – в среду я, может быть, опять пойду до «Третьяковской» с Ильёй.
И от этого всего мне хотелось петь и улыбаться всем вокруг.
Кодима и Трисабон встретились за два квартала до библиотеки. Она сразу скользнула внутрь него, и они неспешно направились в нужную сторону. Так и разговаривать было удобнее. Снаружи ничего не было слышно. Кодима рассказывала:
– Это книга еще позапрошлого века. Нашла в отделе исторических памятников. Раньше, в прошлом веке, ее запрещали, представляешь? Называется «Флатландия». Это свидетельство одного квадрата о встрече со сферой и о существовании третьего измерения! Его за это даже посадили в тюрьму!
– Да, – откликнулся Трисабон, – за правду часто сажают в тюрьму. А ты думаешь, нам дадут ее почитать? И что такое «сфера»?
– А мы не скажем, просто попросим пропустить нас в зал исторических памятников. Как будто нам для школы нужно доклад сделать. Сфера – это такой трехмерный круг.
– Не могу себе представить, как это, – вздохнул он.
– Я тоже! Но это неважно. Я чувствую, что мы совсем близко к спасению. Еще чуть-чуть – и мы будем свободны!
Эту книгу я начала писать в конце 2019 года ручкой в бумажном блокноте и до конца не верила, что из этого что-нибудь получится. Я дописывала ее три раза и на четвертый наконец дописала. Спасибо всем, без кого эта книга никогда бы не появилась!
Спасибо моей дорогой семье: маме – за любовь, мужу – за то, что в меня верит, сестрам – за наши детские игры, детям – за то, что они есть, папе, которого всегда помню.
Низкий поклон сенсеям – Ирине Лукьяновой и Ксении Молдавской – за прекрасные курсы детлита. Дорогой Александре Кнебекайзе – за «Школу письма», которая не просто школа, а настоящее потрясение, путешествие и приключение.
Бесконечная благодарность моей литературной семье – дорогим друзьям из творческого объединения «Панголин»: Свете Ледневой, Даше Сафоновой, Наташе Савушкиной, Юле Аслановой, Арине Остроминой и Маръе Малми за нежное, вдумчивое прочтение и ценные советы. И всем-всем панголинкам, с которыми так хорошо и ныть, и радоваться!
