– Илья. Он в маткласс собирается. Кстати, если не поступим в гум, можем тоже туда попробовать.
– Мысль! Ну ладно, мне туда. Ты домой?
– Ага.
Надо было мне тоже срочно придумать себе дело в торговом центре, но я такой слоупок!
Я шла домой и улыбалась.
В Египте я поймала музу и много успела написать для геометрической истории. Еще нужно конец дописать, но я уже придумала, чем закончится. Времени просто все не было: школа, курсы, английские посиделки у Маши. Два месяца пролетели незаметно. Мама говорит, что я дома вообще теперь не бываю.
Я стала перечитывать свою тетрадку с самого начала. Даже не верится, что из каляк может получиться книжка. Хотя какая это книжка – может, это все бред и ерунда. Может быть, Оле дать почитать? Нет, глупая мысль. Это все такая мура по сравнению с тем, что Оля читает.
Села перепечатывать, а в итоге провозилась почти неделю. Ну вот, столько писала, а в файле всего ничего. Не больше десяти страниц. И тут мне пришла в голову сумасшедшая мысль все это распечатать. Как раз никого не было дома, даже папы. У меня такое чувство было, будто я делаю что-то сверхсекретное и главное – не спалиться.
А тут, как нарочно, бумага кончилась, я быстрее сунула новую, но, видно, слишком поторопилась, и принтер зажевал сразу два листа. Пришлось выключать его, вытаскивать листки и печатать заново. Но со второй попытки у меня получилось. Как странно смотреть на напечатанный текст! Он выглядит как настоящий! Как будто это не моя, а чужая настоящая книга.
Вечером папа зашел в мою комнату и принес мне листы.
– Там в очереди на печать висели. Это и есть твоя книжка? Очень интересно у тебя получается! А ты знаешь, кстати, что есть книга, которая называется «Флатландия»? Про плоский мир. Очень советую.
Так. Неужели кто-то уже написал мою книжку и я не первая? Какая же я дура! Думала, что сделала что-то настоящее. Вот это и называется «изобрести велосипед». Я потащилась в ванную чистить зубы. Решила заодно и голову помыть, долго мылила ее и смывала, неохота было вылезать из-под теплого душа.
Ой, что ж я наделала?! Если я на ночь мою голову, то с утра у меня волосы стоят дыбом, как иголки у дикобраза. Придется теперь ждать, когда они высохнут. Я села у окна и стала смотреть на улицу. Глупо! А чего я вообще ждала? Что мою книгу тут же кто-то напечатает? Да это вообще не книга, а маленький рассказ. Папа сказал, что интересно.
Но может быть, просто хотел мне сделать приятное. Надо кому-то еще показать, но очень страшно, вдруг не понравится.
Ой, фонарь, на который я глядела, внезапно погас. Ничего себе, я что, его взглядом потушила? Я решила попробовать на другом, но тот оказался устойчивым к моим чарам. Тогда я стала пробовать на всех подряд. Ого! Окно в соседнем доме тоже погасло под моим взглядом.
Заглянула мама:
– Дин, ты чего не спишь в такую позднотищу?
– Я голову сушу!
– Возьми фен, посуши, ты чего?! Еще час так будет сохнуть.
– Мам, я умею фонари гасить силой мысли!
– Супер! Давай гаси уже свою лампу – хоть силой мысли, хоть так. Как ты вставать завтра будешь?!
С утра я чуть не проспала, поэтому собиралась в школу как робот в ускоренной съемке, и только в середине урока вспомнила про «Флатландию». Настроение сразу испортилось. Надо бы погуглить, что там вообще такое, но почему-то я все оттягивала этот момент. Как будто, пока я не посмотрела, есть надежда, что там все совсем другое.
В столовке обляпала свой любимый комбез картофельным пюре. Что ж я такая криворукая-то?!
Домой я вернулась в четвертом часу. Успею поесть, а через час уже на курсы выходить. Кастрюлю с супом на плите я проигнорировала и сделала себе бутер. И без супа тошно. Налила себе еще чаю и пошла за компьютер. Надо все-таки почитать про эту «Флатландию».
Я начала с Википедии и узнала, что «Флатландию» написал Эдвин Э. Эбботт в 1884 году. Роман написан от лица квадрата, которого посадили в тюрьму за то, что он рассказывал правду о существовании третьего измерения. Злободневненько. Ему являлась сфера из третьего измерения и просвещала его, но, когда он предположил, что могут быть еще четвертое, пятое и шестое, она страшно оскорбилась.
