— Напишите ваше полное имя и фамилию, — начал босс. — Кроме того, укажите средние имена, прозвища и псевдонимы, если таковые имеются. Потом дату рождения, номер карты социального страхования, индивидуальный военный номер, а также место жительства на настоящий момент.
— Для чего? — поинтересовался Ричер.
— Я просто прошу вас сделать это, — уклонился от ответа Стивесант.
Ричер несколько секунд о чем-то думал, потом взял ручку. Фролих взволнованно смотрела на него. Нигли тоже бросила на бывшего коллегу мимолетный взгляд, неопределенно пожала плечами и принялась писать. Ричер выждал еще мгновение и последовал ее примеру. Правда, закончил он раньше Нигли, поскольку не имел ни среднего имени, ни постоянного адреса. Стивесант подошел к ним и забрал со стола блокноты. Ничего не говоря, он сунул их под мышку и удалился из комнаты, громко хлопнув дверью.
— У меня, похоже, начинаются неприятности, — вздохнула Фролих. — Да и вам я доставляю столько хлопот.
— Ни о чем не волнуйся, — посоветовал Ричер. — Он заставит нас подписать какой-нибудь договор или обязательство хранить молчание, вот и все, а ушел потому, что ему надо отпечатать текст этого соглашения.
— Но как он собирается поступить со мной?
— Да никак, судя по всему.
— Понизит в должности и звании? Или попросту уволит?
— Он сам дал согласие на аудит, который потребовался из-за угроз. Эти две вещи взаимосвязаны. Мы скажем ему, что своими расспросами вынудили тебя рассказать нам об угрозах.
— Он все равно меня уволит, — упрямо повторила Фролих. — Кроме всего прочего, он очень не хотел, чтобы я затевала весь этот аудит, все пытался убедить меня, что это только усиливает мою неуверенность в себе.
— Чушь все это, — поморщился Ричер. — Нам постоянно приходилось выполнять нечто подобное.
— К тому же, такие проверки помогают окрепнуть самоуверенности, — добавила Нигли. — Это я помню по опыту. Лучше наверняка знать свои недостатки, чем только надеяться на лучшее.
Фролих отвернулась и ничего не ответила. В комнате снова стало тихо. Все ждали возвращения Стивесанта. Прошло пять минут, десять, пятнадцать. Ричер поднялся из-за стола и потянулся, затем подошел к низенькому шкафчику и взглянул на красный телефон. Немного подумав, он поднял трубку и прислушался, но никаких гудков не последовало, и он подожил ее на место. Затем быстро просмотрел конфиденциальные записки на доске объявлений. Потолок в комнате оказался низким, и Джек чувствовал тепло от ламп наверху. Он вернулся за стол и повернул свой стул так, чтобы можно было положить ноги на соседний. Прошло двадцать минут с тех пор, как босс удалился из конференц-зала.
— Куда же он запропастился? — недоумевал Ричер. — Может быть, решил напечатать все самостоятельно?
— Или созывает своих агентов, — высказала предположение Нигли. — Тогда мы отправимся в тюрьму. Чем и будет гарантировано наше пожизненное молчание и неразглашение государственных тайн.
Ричер зевнул и улыбнулся:
— Мы дадим ему на все сборы еще десять минут, а потом просто уйдем отсюда и где-нибудь пообедаем.
Стивесант вернулся через пять минут. Он тихо вошел в комнату и прикрыл за собой дверь. В руках у него не было никаких бумаг. Он уселся на свое прежнее место, положил обе ладони на стол и принялся выбивать кончиками пальцев какой-то быстрый ритм.
— Ну ладно, — начал он. — На чем мы остановились? Если не ошибаюсь, у Ричера был ко мне какой-то вопрос.
Ричер снял ноги со стула и повернулся лицом к Стивесанту.
— Правда? У меня? — переспросил он.
Босс кивнул.
— Вы спрашивали о той самой угрозе, которая пришла на имя вице-президента, а потом появилась у меня в кабинете. Что ж, могу только сказать, что она исходит либо извне, либо изнутри. Или то, или другое, потому что третьего не дано.
— Теперь мы уже можем обсуждать это?
— Мы как раз этим и занимаемся, — подтвердил Стивесант.
— Почему? Что-то изменилось?
Но Стивесант проигнорировал этот вопрос.
— Если эта угроза исходит от кого-то извне, то стоит ли нам так серьезно волноваться? — продолжал босс. — По всей вероятности, не стоит, потому что все это опять-таки напоминает бейсбол. Если в город приезжают «Янки» и утверждают, что разобьют в пух и прах команду «Ориолез», означает ли это, что на самом деле все произойдет именно так? Хвастаться — это одно, а побеждать — совсем другое.
Все дружно промолчали.
— Мне хочется, чтобы вы внесли посильный вклад в это дело, — продолжал Стивесант. — И высказали свое мнение, если оно уже успело сложиться.
Ричер неопределенно пожал плечами.
— Ну хорошо, — начал он. — Значит, вы все-таки склонны считать, что угроза исходит от совершенно постороннего человека?
— Нет. Мне кажется, что это внутренняя угроза, и нацелена она на то, чтобы запугать Фролих и расстроить ей карьеру. А теперь спросите меня, что я намерен предпринять в связи со сложившийся ситуацией.
Ричер посмотрел на босса, затем на свои часы, зачем-то бросил взгляд на стену. Вот так проходит воскресный вечер, а я глубоко увяз в треугольнике Вашингтон — Мэриленд — Виргиния.
— Я догадываюсь о ваших планах, — признался Джек.
— Неужели?
