Отправившись однажды вечером трапезничать в ресторан с новыми знакомыми, мы продолжили баловать себя. На этот раз эксклюзивными блюдами. Несомненно, они оказались необычайно вкусными, но, судя по самочувствию Жанны на следующий день, она отравилась. Моя девушка снова утверждала, что не стоит лишний раз суетиться. Якобы такое случалось уже не раз, и нет нужды искать какие-либо лекарства. Нужен день или два времени, чтоб отлежаться и прийти в норму. Ещё она уговорила меня не сидеть с ней, а продолжать наслаждаться отпуском. Я нехотя согласился и на это, но взял с неё слово, что если вдруг она почувствует себя плохо, то сразу позвонит администратору. Отлучившись уточнить расписание транспорта, который увозит туристов на дальние склоны, я отсутствовал не более 5 минут, но к моменту моего возвращения Жанна уже спала. Я осторожно измерил температуру её лба градусником, роль которого выполняла моя левая ладонь. Результат меня удовлетворил, и идея тревожить её, выясняя информацию о самочувствии, отпала сама собой. Вообще, сколько себя помню, у меня всегда возникали трудности с тем, чтобы будить людей. Не знаю почему. Каждый раз появлялось ощущение, будто я прерываю их сладкие сны и возвращаю в этот сумбурный и недружелюбный мир. И даже фраза «доброе утро, милый» не могла его компенсировать. Приободрённый тем, что мне не пришлось очередной раз переступать через себя, я быстренько собрался и убыл на трассу покорять новые склоны.
По пути к месту сбора меня перехватила компания, с которой мы познакомились намедни, и утащила с собой на обед. Там я рассказал им, что моя девушка немного приболела, но совсем скоро она будет в порядке. А я же тем временем собираюсь отправиться на склоны для более опытных горнолыжников. Оказалось, что ребята тоже собираются туда. Мы основательно подкрепились и убыли на дальние локации все вместе.
Трасса действительно оказалась интересной. Однако назвать её сложной будет неправильно. Главное отличие, пожалуй, в том, что она полузаброшена и рядом с ней не курсируют спасатели. И если, к примеру, человек упадёт и подвернёт ногу, то помощи придётся ждать неизвестное количество времени. Поэтому настоятельно не рекомендовалось кататься по ней в одиночку. Мы в очередной раз здорово провели время и отправились обратно на базу лишь с приходом сумерек. По прибытии мы попрощались и договорились встретиться на следующий день за завтраком в том же кафе, где и обедали. Я чувствовал себя очень уставшим, но бесконечно довольным. Состояние сродни тому, которое было неделю назад в момент нашего возвращения домой с вёдрами грибов. Я поднялся в наш номер и, к своему удивлению, обнаружил внутри Жанну среди беспорядка. Это был, пожалуй, второй подобный случай, когда в нашем жилье царил хаос. Я разделся и подошёл к ней. Всё это время она смотрела на меня, не произнося ни слова, а лишь сверлила взглядом.
– Привет… ну как ты? – тихо сказал я наконец, пытаясь определить самочувствие по её внешнему виду. – Мы с ребятами катались на дальнем склоне.
– Веселишься там без меня, значит, – пробубнила она.
Меня ошарашил такой ответ. Ведь утром она сама уговорила меня не сидеть с ней, а идти кататься. По большей части, меня поразили даже не сами слова, а интонация, с которой она их произнесла. Похоже, здоровье всё-таки не совсем в норме.
– Ну чего ты? Всё ещё плохо себя чувствуешь? – ответил я максимально спокойно и сдержанно. – Ты же сама меня уверяла, что всё будет в порядке и нет нужды сидеть весь день в номере, пока ты спишь.
– А когда я проснулась, то поняла: твоё присутствие было бы весьма кстати. Более того, ты запер меня! Благо хоть туалет не закрыл. Иначе пришлось бы на раковину взбираться.
Мой взгляд остановился на вешалке возле входной двери. Второй комплект ключей висел на прежнем месте. Пребывая в полнейшей растерянности, я не знал, что делать дальше. Указать ей на ключ и попытаться вразумить? Или окончательно всё списать на плохое самочувствие? Дальнейшие действия в виде мыслей-набросков стремительно крутились в моей голове. Тем временем Жанна, не раздеваясь, легла в кровать. Она молча завернулась в одеяло и расположилась лицом к стенке. А через некоторое время по номеру разнеслось сопение спящего человека. Ну, хотя бы всё это не переросло в разборки на полночи. Уже хорошо. А ведь раньше такое часто бывало у меня с другими девушками. Надо запомнить название того несчастного блюда и никогда его больше не заказывать!
Следующим утром меня разбудили звуки возни на кухне. В номере стоял аромат кофе и жареных тостов. Я открыл глаза и увидел, как Жанна готовит завтрак. Каково же было моё удивление, когда она начала перемещать две порции, а не одну, на прикроватный столик. Заметив, что я уже не сплю, она защебетала:
– Доброе утро, Костик!
– Э-э-э… доброе, Жанна, – растерянно протянул я.
– Как покатались вчера?
– Замечательно. Снова с теми ребятами, которые познакомились с нами по приезде.
– Помню-помню. Приятная компания.
