– Ничего, справимся, ведь ракшас остался только один,– с бодрой интонацией проговорил Эльман. Он постарался разжечь в сердце уверенность в своих силах. К сЧастью, еще одно чудовище удалось зарубить отряду стражников, отправленных прочесывать лес после сообщения караванщиков. Ракшас, вернее ракшаси осталась одна. Она очень хитра и коварна, а ее черная душа жаждала мести.
Корабль покинул верфи Амиса точно в назначенное время. Попутный ветер наполнял паруса. Солнце ласково сияло в чистом голубом небе. Легкая волна тихонько билась о борт. Один день сменял другой, путешествие проходило безмятежно. Купец присматривал за боцманом по ночам, деля эту обязанность со своей кошкой. Эльман и Софие видели, что боцман стал нелюдим и бледен, но не предпринимал попыток ни на кого напасть. Они расслабились и потеряли бдительность, пока однажды, дыша на палубе свежим ветром, не услышали такой разговор.
– Наш боцман похоже сбрендил, – говорил один матрос другому, плевал за борт и на палубу, снял и выкинул все прибитые к мачте и стенам подковы.
– Сегодня он уронил за борт швабру, а следом столкнул и ведро,– подтвердил второй матрос. Эльман и Софие тревожно переглянулись, и бросились к каюте боцмана. Еще не добежав до нее, Софие поняла, что они опоздали. Тело боцмана лежало на палубе с развороченной грудной клеткой, темная густая кровь подернулась тусклой пленкой. А на мачту, громко свистя и выкрикивая слова древнего заклинания, взбиралась старая уродливая ракшаси. Все, кто был на палубе, замерли, не сводя с демона глаз. Добравшись до верхней реи, старуха обернулась черным бакланом. С криком, напоминающим раскаты зловещего хохота, она расправила крылья и взлетела. Сделав круг над кораблем, ракшаси скрылась из вида в клубящихся темных тучах.
Поднялся ветер,волны взлетали выше и выше. Небо почернело, засверкали молнии. Словно в ответ на раскаты грома, откуда-то из подводных глубин в небо ударили фонтаны огня. Воздух сгустился. Освещенная огненными всполохами из темных волн поднялась громадная голова морского змея, она вздымалась все выше и выше и достигла уже верхушки мачты. Смешно было и думать о том, чтобы оказать ему какое-либо сопротивление. Змей обрушился на судно и принялся крушить его. Он легко перекусил мачту и стал грызть борта, выламывая из них здоровенные куски. Моряки в дикой панике прыгали за борт. Эльман и пара матросов догадались спустить с борта шлюпку. Купец, спасая свою жизнь, даже не вспомнил о белой кошке не раз выручавшей его. Софие не осуждала торговца. Каждый спасает свою жизнь, как умеет. Крепко вцепившись когтями в дерево кормы Софие приготовилась принять свою уЧасть. ”Жаль, только,”– думала она,– “что я ничем не смогла помочь своей молочной сестре и маленькому племяннику.” Шторм стих также неожиданно, как и начался. На море опустился густой туман. Софие почувствовала, что ей стало тесно на возвышавшемся над водой участке кормы. Так и есть, она опять приняла человеческий облик. Равнодушное солнце поднялось над поверхностью моря. Очень хотелось пить. Софие поднялась на ноги, балансируя на раскачивающемся остове кормы. Приложив ладонь ко лбу, она вглядывалась в даль. Нигде до самого горизонта не было видно ни судна, ни паруса. Софие попила горькой морской воды, пить от нее захотелось еще сильнее. Стайка мелких рыбешек мелькнула над поверхностью волн. Рыбки покинули родную стихию, спасаясь от хищника. Девушка проводила их рассеянным взглядом. Могут ли здесь плавать акулы? Свернувшись на своем ненадежном пристанище и обняв колени руками, Софие забылась в тревожном сне.
– Софие,– приятный мужской голос прозвучал прямо в голове девушки. ”Вот так и сходят с ума жертвы кораблекрушений,”– безучастно подумала она.
– Софие, ты не сходишь с ума,– рассмеялся голос,– открой же глаза!
Софие открыла глаза и чуть не взвизгнула от неожиданности. Огромная голова морского конька высунулась из воды перед ней, дальше угадывалась мускулистая шея крепкие стройные ноги, дальше виднелись радужные плавники. Крупная чешуя, покрывавшая тело существа, играла золотыми и серебряными бликами.
– Я красивый?– полувопросительно, полуутвердительно заявил пришелец.
– Кто ты?– спросила у существа Софие.
– Ты разве не помнишь?– конь опять рассмеялся,– вспомни морского конька, которого добрая кошка выпустила в открытое море.
– Но как ты сумел узнать меня в человеческом облике?
– Я запоминаю не внешность, а душу,– просто ответило существо,– а называют меня гиппокамп, морской конь. Садись мне на спину, я домчу тебя до Митридата. Ведь ты туда стремилась попасть?
