– Янлинь вздрогнула от услышанной истории, а в глазах появился молчаливый ужас.
– Она была красивой женщиной, – произнесла она прискорбно. Ей стало жаль концертмейстера, так как сама скучала сильно по родителям. На щеках Янлинь появились дорожки из слёз, она быстро вытерла их тыльной стороной ладони.
– Я не плакал, с тех самых пор, – его слова прозвучали тихо, – будто растерял все эмоции. Янлинь посмотрела на концертмейстера, который после душераздирающей истории заснул. Она налила воды в стакан и поставила на столик, убрала осколки бокала на полу, затем вышла из квартиры.
На часах было уже одиннадцать, когда добралась до работы. Зайдя в кабинет к сестре, она хотела поговорить о произошедшем, но Сюли не придала значения этому, сообщив что директор уже говорил о таких припадках концертмейстера. Сложилось ощущение, что никому не было дела до его душевных переживаний, всех волновало лишь его игра на скрипке.
– Но как же так? Он же тоже человек, хоть и своенравный, – обратилась к сестре Янлинь.
– Директор предупреждал об этом, я тебе тоже повторю, – сказала Сюли, – кто угодно, но только не концертмейстер, не сближайся с ним.
– Я и не собиралась! Мне просто стало его жаль! – Огрызнулась Янлинь сестре.
– Надеюсь он завтра придёт, иначе нам не выплатить неустойку.
– Когда я уходила, он спокойно спал.
– Никому в оркестре не говори о произошедшем, – сказав сестра вышла с кабинета.
Янлинь сидела в книжном магазине недавней подруги и пила капучино, она вспоминала рассказ концертмейстера и что произошло утром.
– Не удивительно что он такой, – молвила она вслух.
– Ты о ком? – Спросила Рей, владелица книжного.
– Про своего босса, у него было трудное детство.
– Его били в детстве?
– Да, морально.
– Тебе жалко его? Он же постоянно задирает тебя.
– Он поступает с другими так, как в детстве поступали с ним. Его не научили другому.
– Ты прям собаку на эту тему съела, – улыбнулась Рей, – книжек начиталась про психов?
– Его мать покончила жизнь суицидом, тут и без книг всё понятно.
– Это ужасно, – улыбка Рей исчезла в мгновенье.
– Как думаешь, он может повторить ошибок матери в будущем? – Янлинь развернулась к подруге.
– Он вроде не выглядит ведомым, – подруга рассматривала музыкальный журнал с его изображением.
– Он помешан на музыке. Скрипка для него всё.
– Думаю, он не такой, как его мать. В любом случае, будь с ним осторожна, – она похлопала Янлинь по плечу.
– Сюли сказала тоже самое.
– Кстати, она давно не заходила ко мне, директор наверное загрузил её работой?
– Да, они работают не покладая рук, – Янлинь опустила глаза, – завтра концерт, если концертмейстер не придёт, то меня уволят.
– Но ты же не виновата, это он сказал что заберёт и забыл, – Рей ткнула пальцем в журнал.
– У него во всём виновата Лан Янлинь! Так раздражает!
– Это излишки его воспитания, ты же сама сказала так, – Рей засмеялась.
– Ты просто с ним лично не общалась. Он твёрдый сухарь. Но его музыка нечто волшебное.
– Так, помниться в правиле говорилось не сближаться с ним.
– Он даже не в моём вкусе, – Янлинь перевернула журнал с фотографией концертмейстера, чтобы не видеть его лица.
– Я прочитала очень много книг, в них написано, что от ненависти до любви один шаг.
– Не в этом случае, – Янлинь язвительно посмотрела на подругу.
– Хорошо, лучше расскажи кто этот загадочный, который оплатил такси? – Рей приняла удобную позу слушателя.
– Знаю, что зовут его Хару, на этом всё. Мне нужно идти домой, чтобы пережить завтрашний день. – Янлинь встала накинув на плечо сумку.
– Оденься завтра понаряднее, это же будет концерт классической музыки, – Рей дёрнула за край её футболки.
– Ты и Сюли так похожи, – Янлинь закатила глаза, – я не люблю бутафорию, мне нравятся комфортные вещи. И люди. – Сказала она, выкинув журнал в мусорную корзину.
– К чему такие жестокости? – Рей крикнула ей вслед.
Янлинь стояла возле кабинета концертмейстера, директор велел ей навести там порядок.
– Почему всю грязную работу выполняю я? – Задала она себе вопрос в слух, открывая дверь и заходя в кабинет. – Вот же бука! Тут уборки уйма! – Янлинь затопала ногами на одном месте, как делают маленькие дети. – Вы знаете, как из-за вас мне тяжело? – Задала она вопрос концертмейстеру, обращаясь к постеру на стене, где он был изображён со скрипкой в руках. – Откуда вам знать, что такое тяжёлая работа, – Янлинь бурчала, собирая скомканные бумажки а затем подметала осколки разбившейся вазы.
– Бедные цветы, – она подобрала с пола засохший букет из небесно голубых гортензий, которые даже после такого обращения с ними, остались красивыми, сохранив свой прекрасный оттенок. Поискав новую вазу, она поставила букет в неё, затем оставила на столе концертмейстера.
– Не обижайтесь на него. В детстве его не научили любить, – улыбнулась она цветам, поправляя им листочки. Закончив уборку в кабинете, она направилась домой.
