– Ты не обиделся? Да ладно тебе, Кадзуми… Просто наука все время развивается. Она не может топтаться на месте. Рано или поздно в начальной школе детей будут учить тому, как распространяются в космическом пространстве электромагнитные волны, как гравитация искривляет пространство и замедляет время, а мы будем казаться детям динозаврами, обитателями дома престарелых.
Вернемся, однако, к кольцам. Кольцо есть у Урана и у Юпитера, только тонкое. Об этом стало известно совсем недавно, буквально на днях. Меня об этом специально проинформировали.
Хотя голос Митараи и звучал серьезно, мне казалось, что он изрядно преувеличивает.
– Все ясно. Что касается Холмса и астрономии, ты большой специалист. И все же кого ты можешь признать авторитетом? Отца Брауна?
– Кто это? К церкви я никакого отношения не имею.
– Фило Ванса?
– Никогда о таком не слышал.
– Джейн Марпл?
– Это что, марка кленового сиропа?
– Инспектора Мегрэ?
– Он служит в Мэгуро?
– Эркюля Пуаро?
– Только с похмелья можно придумать такое имя.
– Ты, кроме Шерлока Холмса, больше никого не знаешь?! И даже его не признаешь! Невероятно! То есть Холмс на тебя вообще никакого впечатления не производит?
– Разве я это говорил? Мы все несовершенны. Такие люди, как Холмс, как раз меня и привлекают. Потому что он – человек, а не компьютер. Я больше всего люблю именно этот тип людей. Он – замечательная личность.
Митараи меня удивил. Я даже был немного тронут. Мой друг был скуп на похвалу, и я впервые слышал от него такие слова. Заметив на моем лице улыбку, Митараи тут же поспешил добавить:
– При этом есть один вопрос, по которому я с Холмсом категорически не согласен. Я имею в виду его работу на британское правительство во время Первой мировой войны. Он оправдывал аресты немецких шпионов, видел в них справедливость. А английские шпионы по определению оставались в стороне. Ты видел фильм «Лоуренс Аравийский»? Там хорошо показана тайная дипломатия Англии в отношении арабов. Англия была очень коварной державой в те годы.
А как англичане себя вели по отношению к Китаю во время Опиумных войн! Как можно считать справедливыми такие действия? Это же чистая политика! Холмс не должен был в нее влезать. Надо было оставаться в стороне.
Скажешь, им двигал чистый наивный патриотизм? Он не разбирался в политике, если верить Ватсону? Но преступления случаются и в политике тоже. Подлинная справедливость должна стоять выше патриотизма. В последние годы Холмс подорвал свою репутацию. Это факт. Лучше б он погиб, когда свалился в водопад с профессором Мориарти. А воскресший Холмс уже оказался другим человеком. Британское правительство создало его тень, чтобы использовать знаменитого Шерлока Холмса в своей пропаганде. Свидетельство тому… Это еще кто?
В дверь кто-то постучал. Стук был какой-то особенный, угрожающий. Не дожидаясь нашего ответа, дверь резко распахнулась, и на пороге возник хорошо сложенный здоровяк лет сорока, облаченный в неброский, скромный костюм.
– Вы Митараи? – обратился ко мне незнакомец.
– Нет, – растерянно ответил я.
Тогда вошедший повернулся к Митараи и жестом, каким скороспелые богачи достают из кармана пачку денег, извлек черную корочку с полицейским значком.
– Моя фамилия Такэгоси, – глухо представился он.
– Редкий гость к нам пожаловал, – невозмутимо отреагировал Митараи. – Кто-то неправильно припарковался? В первый раз вижу настоящий полицейский значок. Можно посмотреть, раз уж выпала такая возможность?
– А ты, похоже, не из тех, кто умеет разговаривать со старшими, – с редко встречающейся у полицейских едкостью парировал нежданный гость. – Нынешняя молодежь не знакома с хорошими манерами и доставляет нам много хлопот.
– Хорошие манеры – подождать ответа на стук в дверь, а не врываться без приглашения. Надеюсь, вы это запомните. Так какое у вас к нам дело? Давайте поторопимся, чтобы не занимать чужое время.
– Ну ты даешь! Хочешь сказать, что не знаешь, кто я? Ты со всеми так разговариваешь?
– Нет, только с такими великими людьми, как
Полицейский, представившийся Такэгоси, явно не ожидал такого приема. Несколько секунд он не мог подобрать слов, чтобы сбить спесь со стоявшего перед ним молокососа. Все это время с его лица не сходило угрожающее выражение.
– Сюда моя сестра приходила? – наконец произнес полицейский. – Я знаю, что Мисако была здесь. – Было видно, что он еле сдерживается.
– А-а! – с насмешкой протянул Митараи. – Так это твоя сестра? Я не сразу понял. Ничего общего. Совершенно другой человек. Вот какое влияние оказывает на людей среда… Скажи, Кадзуми?
– Не могу понять, зачем сестра потащилась к такому недоделанному звездочету. Мисако приносила тебе записки нашего отца? Только не надо отпираться!
– А я и не отпираюсь.
– Мне свояк сегодня сказал. Ее муж. Это очень важный документ для полиции. Прошу вернуть!
– Мы уже с ним ознакомились, так что нет проблем. Только не знаю, как к этому отнесется твоя сестра.
