Пока мы тряслись в автобусе, я смог разглядеть из окна несколько храмов под черепичными крышами. Миновали тянувшуюся вдоль улицы глинобитную стену. Наконец-то я увидел то, что хотел. Старый город. Неплохо было бы пожить тут немного.
Сойдя с автобуса в Кита Сиракава, мы сразу увидели «Белую бабочку». Она находилась совсем рядом с остановкой. Мы приехали вовремя – из двери вышел мужчина лет сорока.
– Окава-сан?
Мужчина сразу остановился и по очереди обвел нас взглядом.
Митараи вкратце объяснил цель нашего визита и спросил, не знает ли Окава, куда переехал Тамио Ясукава.
– М-м… Дайте подумать. Столько времени прошло… Так прямо не скажу. Надо смотреть журнал, а он дома. А вы, случаем, не из полиции, раз спрашиваете?
В Японии, пожалуй, трудно найти людей меньше похожих на полицейских, чем мы с Митараи. Женщин, разумеется, в расчет не берем. Я уловил в вопросе Окавы некую иронию.
Митараи невозмутимо усмехнулся:
– А что, похоже?
– Можно ваши визитки посмотреть?
У меня внутри что-то сжалось, а Митараи нахмурился так, что между бровей залегла складка, и тихо, почти шепотом, проговорил:
– В таких делах, Окава-сан, мы не имеем права раздавать визитки. В иных обстоятельствах, возможно, было бы по-другому. Вам доводилось слышать об Агентстве общественной безопасности? Есть такая контора при кабинете министров…
Лицо Окавы вдруг разом побелело.
– Да я только имя… – выдавил он из себя.
Я впервые слышал о такой организации.
– Я вам ничего не говорил. Забудьте, – многозначительно предупредил Окаву Митараи. – Так когда у нас будет адрес?
Окава переменился в лице.
– Вечером… Да-да, к пяти часам. У меня сейчас неотложное дело в Такацуки. Я должен ехать… одна нога здесь – другая там. В пять нормально будет? Может, раньше получится… Вам удобно будет мне позвонить?
Мы записали его телефон и немедленно удалились. Едва перевалило за полдень, оставалось еще пять часов. Конечно, хотелось получить адрес Тамио Ясукавы поскорее, но что поделаешь?
Мы вышли к реке Камогава.
– Ну ты даешь! У тебя прямо талант. Настоящий аферист. – Мне захотелось подколоть Митараи.
Он усмехнулся в ответ. Было видно, что у него нет ни малейшего желания раздумывать над тем, как он повел себя с Окавой.
– Считаешь, надо было честно признаться ему, что мы частные детективы, да еще визитки вручить?
Шагая по берегу реки, Митараи наверняка тоже думал, что мы теряем драгоценное время. Уже 6 апреля, пятница; не успеешь глазом моргнуть, как неделя пролетит.
– Как ты? – неуверенно спросил я.
– Нормально, – ответил мой друг.
Мы долго шли рядом в молчании, пока впереди не показался мост, по которому торопливо катили машины.
Я узнал высокое здание у моста. Мы вернулись в Сидзё Каварамати, туда, где утром сошли с электрички. Я немного устал – да и в горле пересохло – и собрался уже предложить зайти в кафе, выпить чего-нибудь прохладительного, но в этот момент Митараи заговорил:
– Чего-то во всем этом не хватает. Какой-то очевидной мелочи. – Он опустил глаза, сведя брови к переносице. – Это дело напоминает мне искусство авангарда, гротескную фигуру из металлолома. Ситуация кажется абсурдной, потому что в какой-то точке чего-то не достает. Мы вытягиваем булавки по одной, поэтому топчемся на месте. И всем всё понятно, все довольны.
К этому делу мы с самого начала подошли недостаточно серьезно. Следствие изначально совершило недопустимый промах. Вот именно: изначально! Без этого рокового промаха дело, которое мы пытаемся распутать, не заслужило бы репутацию невероятного, беспрецедентного преступления. Сорок лет детективы всей Японии миллион раз повторяли одну и ту же ошибку. И я – один из них…
Мы сидели в кафе, не спеша потягивая заказанный сок. Торопиться некуда, надо было как-то убить время. До пяти оставалось уже немного. Наконец Митараи резко поднялся и подошел к розовому телефону.
Разговор занял несколько секунд. «Понял!» – бросил мой друг и подошел к нашему столику.
– Перерыв окончен. Пошли! – не присаживаясь, скомандовал он.
Улица была запружена народом – как раз кончился рабочий день. Пробравшись сквозь толпу, Митараи направился к мосту, за которым находилась железнодорожная станция. Теперь нам была нужна другая линия – Кэйхан.
– И где же он живет? – спросил я.
– Префектура Осака, город Нэягава, район Коямати. Линия Кэйхан, станция Кориэн. Нам туда. – Он махнул рукой в сторону станции на том берегу Камогавы.
– Кориэн… Красивое название[46], – заметил я.
Станционная платформа вытянулась вдоль реки. Стоя на ней в ожидании поезда, мы наблюдали, как вода у нас под ногами медленно окрашивалась в цвет вечерних сумерек.
На станцию Кориэн электричка прибыла, когда уже смеркалось. Название станции не имело ничего общего с тем, что мы увидели: сплошной ряд сверкающих огнями и вывесками питейных заведений. Для отработавших целый день наступал час развлечений.
Уже появились первые шатающиеся личности. Их уверенно обгоняли спешившие на работу «ночные бабочки».
