Токсичные родители полностью

Кроме того, что Джо чувствовал себя подавленным и беззащитным, он оказался нагруженным непосильной ответственностью: «Помню, как однажды, когда мне было десять лет, мой отец ночью жутко избил мою мать. На следующий день я встал рано и ждал его на кухне. Когда он спустился на кухне в ночном халате и спросил меня, что я делаю здесь так рано, я, полумёртвый от страха, сказал ему: «Если ещё раз побьёшь маму, я тебе заеду бейсбольной битой». Он только посмотрел на меня и засмеялся. Потом поднялся наверх, принял душ и уехал на работу».

Джо осуществил классическую для подвергающихся абьюзу детей инверсию семейных ролей, принимая на себя ответственность за защиту матери, как будто он был её отцом, а она – его дочерью.

Для пассивного родителя впадение в беспомощность облегчает задачу отрицания собственного соучастия в абьюзе. Ребёнок, в свою очередь, приняв на себя роль взрослого защитника беспомощного родителя или рационализируя причины его/её бездействия, получает возможность отрицать, что его предали ОБА родителя. Например, так случилось с Кейт: «Когда наш отец начинал нас избивать, мы кричали, звали маму на помощь, но она никогда не появлялась. Сидела внизу и слушала, как мы кричали и звали её. Мы скоро поняли, что она не придёт на крики. Она ни разу в жизни не сказала слова поперёк моего отцу. Я думаю, она не могла преодолеть страх».

Сколько бы я не слышала это «я думаю, она не могла преодолеть страх», каждый раз это меня раздражает. Мать Кейт МОГЛА преодолеть страх. Я сказала моей клиентке, что ей необходимо начать рассматривать более реалистично роль её матери. Мать должна была противостоять отцу, а если она слишком его боялась, она должна была вызвать полицию. Нет такого предлога, под которым родителю можно было бы соблюдать «нейтралитет», когда над ребёнком совершается абьюз.

В случаях с Джо и с Кейт активным абьюзером был отец, а мать была молчаливой свидетельницей абьюза. Однако, это далеко не единственный сценарий абьюза. В некоторых семьях активным абьюзером является мать, а пассивным родителем отец. Пол абьюзера может меняться, не меняется динамика абьюза. В моей практике были случаи, когда активными абьюзерами были оба родителя, но схема «активный абьюзер/пассивный родитель» встречается гораздо чаще. Многие взрослые, подвергшиеся в детстве абьюзу, не обвиняют пассивного родителя, так как считают его/её такой же жертвой, как они сами. В случае с Джо, например, такая точка зрения была подкреплена инверсией ролей, когда мальчик взял на себя обязанности защитника пассивной матери.

В случае Тэрри, 43-летнего специалиста по маркетингу, ситуация детского абьюза была ещё запутаннее, так как его отец не защищал его, но зато сочувствовал ему и утешал. Для Тэрри, мать которого избивала его бóльшую часть его детства, его пассивный и бесполезный папаша стал идолом: «Я всегда был чувствительным ребёнком, у меня были склонности к искусству, к музыке, а к спорту не было. Моя мать всегда говорила, что я женоподобный. Она часто срывалась на меня и била, чем под руку попадёт. Кажется, бóльшую часть детства я провёл, прячась от неё по шкафам. Я никогда не знал, за что именно она меня бьёт, я думал, что просто я ей не нравлюсь. Она как бы уничтожила моё детство».