На следующей неделе мы сбегали ещё пять раз, каждую ночь наши отношения всё больше налаживались, и Кайл искренне смеялся над моими историями и больше рассказывал о своей жизни. Он рассказал мне о своих друзьях и о девушках, с которыми встречался. Когда девушки подходили к нему, он вежливо улыбался, но разговаривал с ними не долго. Когда ко мне подходили парни, я разговаривала с ними и представляла Кайла, но рядом с нами никто надолго не задерживался. Мы не становились друзьями, так как днём всё возвращалось в нормальный режим, но каждую ночь в этом автобусе и после нескольких напитков мы становились союзниками.
В нашу последнюю ночь перед отлётом домой, мы тоже сбежали на танцпол.
– Давай сделаем этот вечер незабываемым, – прошептала я ему на ухо, в то время как мы начали танцевать. На мне был жёлтый сарафан, украшающий мой новый бронзовый загар, и этот сарафан слегка просвечивался под люминесцентными лампами. На Кайле были тёмные джинсы и голубая рубашка. Его тёмные волосы намокли от пота и падали ему на глаза. Я связала свои волосы уже давно, и пот тёк по моей спине. Я наблюдала за тем, как он танцует, и улыбалась, видя, как ему весело после алкоголя. И я вдруг почувствовала укол сожаления, понимая, что мы больше никогда не будем так веселиться вместе, что это никогда не повториться, когда закончится отдых, потому что закончится и наша искусственная дружба. Я не была и близка к его социальной позиции в школе, и он никогда не признается, что он мой друг.
Он прильнул ко мне и обвил руками мою талию.
– Соф, – выдохнул он мне в ухо.
Я посмотрела на него, и его взгляд встретился с моим, благодаря чему, я увидела что–то, чего никогда раньше не видела в его глазах.
– Софи, ты… – он не закончил, вместо этого наклонившись к моему лицу и поцеловав меня. Я была ошеломлена, и, выпучив глаза, попробовала оттолкнуть его. Он не сдвинулся с места, его тело прилипло к моему. Я толкнула его сильнее, но он не двигался, и, расслабившись, я поняла, как это было мило. Его запах, его вкус. И я сдалась. Я сдалась влечению, с которым боролась эту последнюю неделю из–за того, что он идиот, потому что я знала его историю, потому что он мой сводный брат.
Он таял рядом со мной, и я прильнула ближе к нему, когда его поцелуй стал более настойчивым, а его язык проник в мой рот. Как только наши языки соприкоснулись, я будто загорелась. Чёрт, мне нужно было собраться, это было так неправильно на стольких уровнях, несмотря на то, что он мой сводный брат и к тому же придурок, которого я ненавидела. Я снова постаралась оттолкнуть его, но слишком робко. Спустя время, которое казалось вечностью, он отстранился от меня. Я смотрела в его глаза, немного успокоившись благодаря тому факту, что никто здесь не узнает, кто мы и кем приходимся друг другу.
– Кайл, – произнесла я, глядя на него, разинув рот. – Это неправильно.
– Я знаю, – прошептал он, закрывая глаза и запрокидывая голову. – Но это было чертовски круто, – он снова наклонился ко мне, коснувшись лбом моего лба, и посмотрел мне в глаза. – Давай просто насладимся этой ночью, – его глаза смотрели на меня умоляюще. Я открыла рот, чтобы возразить, но вместо разговоров он снова накрыл мои губы поцелуем, и я не стала сопротивляться. Той ночью мы не были сводными братом и сестрой, той ночью мы были Кайлом и Софи, двумя людьми, которые знали друг друга со школы и целовались в клубе, который мог быть где угодно. Просто два подростка, наслаждающихся друг другом и завершающих идеальную неделю вечеринок прощальным поцелуем.
Сейчас
Поездка с Кайлом длится долго. На небе светит летнее солнце, дразня меня весь путь и пытаясь заставить меня чувствовать счастье. Кондиционер делает атмосферу более удобной, а лето напоминает о том, что мне следовало бы быть счастливой… только я такой не была. Мне удалось накраситься, вернее, это заставила меня сделать мама, с пинками и криками. А алкоголь с прошлой ночи убедил меня в том, что мне нужно сменить обстановку, но не слишком ли всё это?
– О чём ты думаешь? – спрашивает он, в то время как мы приближаемся к городу. Я смотрю на него. Он всё так же красив, как и когда был подростком. Как двадцативосьмилетний мужчина – он убийственно красив, и я вполне ожидаю знакомства с его очередной девушкой, пока буду жить с ним.
Я качаю головой.
– Это была глупая идея, – стону я, закрывая глаза руками.
– Почему? – он смотрит прямо вперёд, и я не вижу его глаз за очками–авиаторами.
– Что я делаю, Кайл? Я не готова к этому, я должна плакать дома. Это будут худшие несколько недель в твоей жизни. Я буду страдать повсюду, и тебя будет тошнить от меня.
Он улыбается, но не смотрит на меня.
– Не могу поверить, что ты позволила ему довести тебя до такого. Софи Кинг, которую я знал, никогда бы этого не допустила, она была сильной.
– Что? – Я раздражаюсь, а он наслаждается этим, снова глядя на меня.
– Ты превратилась в дуру. Что такого великолепного в этом парне, что ты не можешь забыть о нём?
