Маргарита не являлась опытной отравительницей и боялась, что ей не удастся пропитать трубочки ядом так, чтобы это не отразилось на их вкусе. Дабы отрава не попала ей на руки, она надела кожаные перчатки и, открыв украденную бутылочку, стала капать ядовитой жидкостью прямо на пирожные. Проверить их на вкус она, по понятным причинам, не могла, да и капать получалось неравномерно. Но герцогиня, зная, что даже малая толика такого яда убивает наверняка, понадеялась, что Сильвия Д?Арси, как обычно и ее дочери, съест не одно, а сразу несколько пирожных, тем более, что ее повар делал их крохотными, почти на один укус.
Выбросив несколько опытных образцов в камин, чтобы никто случайно не смог ими полакомиться, она собрала оставшиеся пирожные в корзину и приказала позвать Пьера.
— Отнеси корзину в дом его светлости, господина Д?Арси. Передай, что это для госпожи герцогини. Но смотри, не проговорись, от кого. Это будет для нее маленьким сюрпризом, — герцогиня улыбалась Пьеру своей самой очаровательной улыбкой. Старый слуга слишком любил свою госпожу, беспрекословно исполнял любую ее волю и ему даже в голову не пришло задавать себе вопрос, для чего нужно устраивать подобные сюрпризы в отсутствие хозяина дома. Он просто сделал все так, как распорядилась герцогиня д?Анвиль.
Маргарита, отдав приказ, не могла просто сидеть и ждать новостей, тем более, если ее план и удался бы, то последствия ее деяния проявились бы не сразу, а уж исход, на который надеялась герцогиня и подавно был бы отсрочен на несколько дней. Однако надежды, что теперь, когда главный шаг был сделан, она уж вздохнет свободнее, не оправдались. В первую же ночь Маргарита не смогла уснуть. Ее мучали видения, в которых ей являлись мертвая герцогиня Д?Арси, полчища полудохлых крыс в корчах, и оттого женщина провела оставшуюся часть ночи в молитвах во искупление собственного греха.
Под утро Сильвии стало заметно легче. Она была слаба, не могла двинуть и ногой, и герцогу пришлось на руках относить ее умываться. Мэтр Тьери дал Д?Арси четкие указания, какой именно напиток следует подавать герцогине постоянно. Помимо прочего он прописал и еще несколько снадобий — их состав мэтр не раскрывал, но объяснил герцогу, что они облегчат возможные желудочные боли. Когда Сильвия нашла в себе силы говорить, Александр, еще раз задал ей вопрос об утреннем подарке от неизвестного. Сильвия сквозь полуприкрытые ресницы, посмотрела на мужа:
— Александр, скажи мне правду, прошу. Меня отравили?
Герцог хотел солгать, но отчего-то не смог. Он несколько мгновений колебался с ответом, и Сильвия ответила за него.
— Не надо, не придумывай ничего. Ты же неспроста задаешь мне столько вопросов про эти пирожные. Ты полагаешь, в них был яд?
— Я не думаю, я знаю наверняка, — тихо проговорил герцог.
— Следовательно, я умираю? — просто спросила Сильвия.
— Мы все когда-нибудь покинем этот мир. Но никто из нас не знает, когда наступит его черед. Не бойся, милая, мэтр Тьери знает свое дело, он поможет тебе. Ты ведь съела совсем немного, правда же? — Он с надеждой смотрел в лицо жены.
— Да, я съела только одну штуку. Мне показалось, что ванили в креме слишком много, от этого привкус был будто чуть рыбный. А дальше ты уже знаешь, что устроил Ромул.
— Ромул спас тебе жизнь, — улыбнулся герцог.
— Возможно, спас, ты хотел сказать. Я же вижу, хоть ты и не показываешь мне, но тебе страшно. Страшно за меня?
Герцог снова выдавил из себя улыбку. — Никто не смеет обвинять герцога Д?Арси в трусости. Даже его собственная жена. Выпей вот это и отдохни, — он снова подал ей стакан.
Сильвия благодарно пожала руку мужа. Выпив свой молочный напиток, она сразу же уснула. Днем ей снова стало плохо — желудок жгло и выворачивало наизнанку. Только питье мэтра облегчало ее страдания. Со стороны никто бы не сказал, что испытывал герцог, наблюдая за мучениями супруги. Он казался хладнокровным, старался успокоить жену, даже шутил. Мэтр Тьери, навестивший их вечером, понаблюдав за Д?Арси, отвел его в сторону.
— Ваша светлость, послушайтесь моего совета. Вам нужно поспать. Я побуду с госпожой герцогиней.
— Что за советы вы даете, мэтр! Я военный и привык не спать по несколько ночей. Что мне какая-то пара бессонных часов.
— И тем не менее вам требуется отдых. Иначе долго вы не продержитесь. А вашей жене нужна сейчас поддержка как никогда.
— Ах, оставьте, мэтр. Я не устал, и отдых мне не нужен, — раздраженно отмахнулся от него Д?Арси.
— Ваша светлость, посмотрите на свои руки, — попросил его мэтр Тьери.
— Чем вам не угодили мои руки, драгоценный мэтр? — Герцог вытянул перед собой пальцы.
— Они дрожат, — только и ответил лекарь.
Герцог вгляделся и лишь сейчас заметил, что его пальцы, действительно, мелко подрагивают.
