Я осторожно обернулась и посмотрела в окно. Катя в этот момент закуривала сигарету.
– Как она за Соловьем увивается, это что-то. Вся деревня над ней ржет, – сквозь зубы проговорила Таня. – Только он на нее ноль внимания. А она как унижается… Но куда там? Ему только городских девчонок подавай. А она что? Не по Хуану там сомбреро. Хлеб сегодняшний?
Это Таня уже обращалась к продавцу.
– Соловей – это который местный Райан Гослинг? – решила уточнить я.
– Ну.
– А вы-то что с ней не поделили? – удивилась я. – Какие у вас общие интересы?
– Скажем так, у нее терки не со мной, а с моей подругой. А я за друзей горой.
– Я тебя поняла, – кивнула я, продолжая поглядывать в окно. Увидела, как Катя Батурина со своей свитой спускаются с крыльца. Я с облегчением выдохнула. Как человек неконфликтный, я старалась избегать подобных стычек.
Когда мы вышли из магазина, Таня поинтересовалась:
– Ты, кстати, как к танцам-то относишься?
– К танцам?
– Ну, на дискотеки в городе ходишь?
Я рассмеялась:
– Бывает и такое.
– Айда в субботу с нами? Подрыгаемся!
Я на мгновение задумалась. Если на танцах все пройдет весело и мирно, без «стенки на стенку» в лице «баб Танюхи» и «свиты Катьки Батуриной», то почему бы и не сходить? Не припомню, что на вечер субботы в Николаевке у меня что-то запланировано. Можно и Митьку с собой позвать. Он не любитель подобных мероприятий, но сам иногда жалуется на однообразность дачных будней. Приглашу его «подрыгаться».
– Я согласна, – кивнула я.
– Тогда зайду за тобой, – весело отозвалась Танюха уже на бегу, припустив в сторону своего дома. – А пока меня мамка ждет. Брату привет передавай!
Я сидела на веранде, обхватив колени руками, и задумчиво смотрела в темное небо. Этот вечер был такой тихий, спокойный. Еще один день в Николаевке подходил к концу. Я посмотрела на соседний участок. Владимир Николаевич разводил костер.
– Чертовы комары! – раздался позади раздраженный голос Митьки. Брат сидел в кресле-качалке, отмахиваясь от надоедливых насекомых. Я обернулась. Митя в это время со всей силы ударил себя по уху. – Достали пищать!
– Погаси фонарь на веранде, – посоветовала я.
– Ага, чтоб сидеть здесь в потемках? – проворчал Митя. – Очень весело.
Я вновь задрала голову. Сизые облака плавно проплывали по темному небу.
– Мить, а чем бы ты сейчас в городе занимался?
– В приставку бы рубился, – буркнул брат.
– Какая скукотища! – воскликнула я.
– Можно подумать, ты бы провела свой вечер продуктивнее, – ухмыльнулся брат.
Я пожала плечами. Нет, точно не продуктивнее. Мне казалось, чем бы я ни занялась в этот момент, все было бы бессмысленно. По сравнению с этим черничным небом. Я вдохнула свежий вечерний воздух.
На веранду вышел отец.
– Вы уже приняли предложение Владимира Николаевича? – спросил он у нас.
– Какое? – удивилась я. – Нам с Митей никаких предложений пока не поступало.
Отец тоже глянул на соседний участок.
– Значит, Вова только меня успел пригласить. Что ж, поднимайтесь. Идем на званый ужин.
Мы с Митей не понимали, что он имеет в виду, но встали. Тут же к нам подошел Владимир Николаевич.
– Костер разжег. Сейчас будет рыбка на решетке – Андрей с утра наловил. А на гарнир запеченный картофель.
У меня аж слюнки потекли!
– Повезло нам с соседями, – негромко сказал мне Митька, когда мы шли на соседний участок. – С ужином можно вообще не заморачиваться.
– Ага, хорошо устроились, – кивнула я, припоминая еще и сладкий пирог, который за милую душу съела в обед у Танюхи.
Андрей с Тамарой Арсеньевной возились в этот момент с рыбой. Увидев нас, парень в знак приветствия кивнул мне и Мите. Я уселась на невысокую скамейку неподалеку от костра. Митя с отцом расположились в плетеных креслах, которые Владимир Николаевич предварительно вынес из дома. Вечер выдался прохладным. Я поежилась, несмотря на то что была в теплой мягкой толстовке. На голову натянула еще и капюшон.
– Маринад я готовила, – проговорила Тамара Арсеньевна. – А рыбку сын с утра наловил. И сам почистил.
С этими словами она нагнулась и чмокнула Андрея в макушку. Тот в это время, сидя на корточках, выкладывал куски рыбы на решетку. Казалось, Андрей ничуть не смутился проявлению материнской любви на глазах у чужих людей.
– Вы мой любимый кулинарный дуэт, – со смехом проговорил Владимир Николаевич.
Я покрутила головой в поисках Игоря. Его нигде не было. Видимо, он не участвует в этих семейных кулинарных поединках.
– У нас в этом плане солирует одна Саша, – сказал отец.
– Какая умница! – одобрительно кивнула мне Тамара Арсеньевна.
– Спасибо, – смущенно улыбнулась я.
Конечно, я не великий шеф-повар, но готовила довольно сносно. По крайней мере, отец с братом никогда не жаловались. Хотя куда им деваться?
– Зато Митя у нас всегда картошку чистит. И кастрюли со сковородками моет, – сказала я.
– Это не менее похвально, Митя, – звонко рассмеялась Тамара Арсеньевна.
– А? – откликнулся брат. Видимо, он уже был весь в мечтах о запеченной на огне рыбе.
