Митя равнодушно пожал плечами и отправился на кухню. Спустя какое-то время в комнате загорелся свет. Я взглянула на свою грязную и липкую от шоколада ладонь. Спустилась к Мите.
– Нужно помыть, – продемонстрировала я брату растаявшую в руке конфету.
Митька странно покосился на меня.
– Ты очень-очень неаккуратно ешь, – усмехнулся Митя. – И, кажется, ты уходила в дом, чтобы переодеться.
Брат выразительно кивнул на мое порванное платье.
– Так видишь, света в доме нет, – откликнулась я, намыливая руки. – Что я тебе, в потемках буду…
Я замолчала, чувствуя на себе внимательный взгляд брата.
– А ты где потерялся? – спросила я.
Митя замялся.
– Таню провожал.
– Мм…
– Потом там отец еще ее из дома вышел. Захотел со мной поговорить.
– Серьезно? – загорелась я, потянувшись за полотенцем. – Расскажи подробнее?
– Что тебе рассказывать? – смутился Митька.
– Он захотел познакомиться с будущим зятем? – со смехом спросила я.
– Ты совсем ку-ку? – залился краской брат. – Ну и дура!
– Сам дурак! – кинула я в Митьку полосатым полотенцем.
Оно тут же прилетело обратно прямиком мне на голову. Я стянула полотенце и уселась рядом с братом на диван.
– Как тебе сегодняшняя ночка? – спросила я, взглянув на Митю.
– Мне кажется, мы вообще не будем спать, – сказал брат.
– Точно. Я после всех этих событий так точно не усну.
Мы помолчали.
– Вот уж кто дурак – так это Соловей. Так свою жизнь похерить, – сказала я.
– Будем о нем говорить? – поморщился Митя.
– Нет, – ответила я и тут же подколола: – Можем, например, поговорить о Тане…
– Ты такая невыносимая! – рассердился Митя.
Брат поднялся с дивана и навернул пару кругов по кухне. Я не спускала глаз со смущенного Митьки.
– Говоришь, отец с собой в Николаевку ноутбук взял? – спросил вдруг он.
– Ну да, – проговорила я. – А что?
Митька не ответил. Брат отправился к лестнице. Я – за ним. Зайдя в комнату к отцу, мы огляделись. Идеальный порядок. Кровать заправлена, письменный стол абсолютно пустой… Вещи аккуратно развешаны в шкафу.
– Видишь, как шифруется, – усмехнулась я. Сама сколько раз протирала пыль и пол мыла в этой комнате… Ни разу бы и в голову не пришло, что по утрам здесь царит такая «рабочая атмосфера». С распечатанными графиками и горами рукописей на столе.
– Ну что? Осмотрим? – предложил Митя. – А потом уж на речку. Мне еще нужно Игорю телефон вернуть.
– Рыться в чужих вещах… – начала я. И тут же прикусила язык, вспомнив беседу между Игорем и Андреем. Рыться в чужих вещах так же низко, как и подслушивать чужие разговоры. Но я, кажется, уже пошла по наклонной.
Митька распахнул небольшой книжный шкаф.
– Есть здесь советская фантастика? – поинтересовалась со смехом я.
– Пока не вижу, – ответил брат, задумчиво осматривая книги, – зато в наличии учебник по математическому анализу.
– А я что говорила? – воскликнула я. – Он точно все это время работал из дома. И созванивался со своим дорогим Борисом Венедиктовичем. Спасу от него нигде нет… Но куда папа припрятал ноутбук?
– Припрятал? – переспросил Митька. – Может, тебе все-таки это приснилось?
– Не болтай глупостей, – поморщилась я. – Лучше помоги найти место, куда папа ноутбук мог девать.
Мы принялись внимательно исследовать небольшую комнату. Митька заглянул в шифоньер. Я улеглась на пол, дабы посмотреть, что есть под кроватью.
– Тут только его дорожная сумка в самом дальнем углу валяется… – пропыхтела я.
– Доставай скорее! – выглянул из-за распахнутых створок шкафа брат.
Я по-пластунски заползла под кровать. Вытащив большую серую сумку, тут же расстегнула молнию. Митя подошел ко мне, склонившись над моей находкой.
– Вот он, родименький! – достала я на свет ноутбук. – Смотри, еще и модем с собой взял… Какой предусмотрительный! Зачем тогда нам запретил всем этим пользоваться?
– Не знаю. Может, чтобы мы прочувствовали свое первое деревенское лето? – предположил брат.
Я в ответ растерянно пожала плечами.
– Может быть, и так.
– Ты говорила, тут сеть ловит? – спросил Митя, доставая из кармана свой телефон. – Смотри-ка…
Брат разлегся на кровати отца.
– Тебе не кажется, что это настоящее свинство? – спросил задумчиво Митя, уткнувшись в экран своего телефона. – Наверняка отец с самого начала знал, что из этой комнаты можно работать. Возможно, ему об этом сказал сам Никодим…
– Никанор, – поправила я.
– …Иванович.
Митька замолчал.
– Ну, ты что завис там? – рассердилась я.
Брат продолжал что-то сосредоточенно просматривать в своем телефоне.
– По-моему, сегодня не крайний случай, – ядовито сказала я. – Убирай телефон!
– Брось, сегодня такой вечерок жаркий выдался, – проговорил Митька. – Дай расслабиться. К тому же папы все равно дома нет. Он ни о чем не узнает, а следовательно, и не расстроится.
Я поднялась, прихватив с собой папин ноутбук.
– Ты прав, – согласилась я. – И вообще, по-моему, папа первым же нарушил этот уговор. Это нам расстраиваться положено. А мне нужно срочно выйти в Сеть и написать Тасе… Ну не могу я больше не пользоваться благами цивилизации!
Митя стал наблюдать, как я поставила на стол ноутбук.
– Отец не разрешал пользоваться его компьютером, – напомнил Митя.
