– Почитай! – Керимов бросил на стол бумагу. – Особенно про боевой опыт и награды этого пенсионера! Радуйтесь, что он вам войну не устроил, а всего лишь пытается уйти в «красную» зону, – Керимов замолчал, наблюдая за майором.
Греков читал и менялся в лице, а потом спросил:
– Рашид Ринатович, разрешите моей группе ликвидировать этого террориста? Это уже дело чести!
Керимов кивнул:
– Разрешаю. Будете со мной на прямой связи. Докладываете лично. Все планы согласовываете.
– Понял! План уже есть!
– Говори!
– Для начала – объявить операцию «Перехват», силами соседней воинской части оцепить район, вызвать вертолёт и в месте предполагаемого прорыва организовать патрулирование ЦКАД. Организовать передвижные блокпосты, усилить группы захвата кинологами, в каждое подразделение выдать тепловизоры.
– Действуйте! – одобрил Керимов.
Грек развернулся и вышел из кабинета.
Глава третья
Вечернее богослужение закончилось. Священник – отец Алексей, переоблачился в алтаре и устало присел на стул. От повышенного давления шумело в ушах, отёкшие ноги ныли, мучила отдышка. Священник вздохнул. На душе было нехорошо. «Что за времена! – думал отец Алексей. – Власть грубо вмешивается в религиозные дела, не разрешает людям ходить в церковь. Останавливает богослужения, запрещает крестные ходы, колокольный звон разрешён раз в месяц только в определённые часы. Всё переведено в виртуальное пространство – проповеди, праздничные службы, даже некоторые требы. Воскресные школы закрыли, встречи с прихожанами запрещены из-за опасности эпидемий, всех обязали вакцинироваться. Без QR-кодов выходить никуда нельзя, все ходят в масках-намордниках. Крупные города объединили с областями в агломерации, а деревни и малые города бросили, объявив чрезвычайно опасными и назвав «красной» зоной. Да-а! Времена… Но люди приняли такой образ жизни, согласились со всеми условиями, предложенными властью, и таких – большинство! Ради чего? Страха ради иудейского…» – священник, кряхтя, переобулся, надел пальто, выключил свет и вышел из алтаря. К нему подскочили несколько пожилых женщин в масках-намордниках: «Благословите, батюшка!». Отец Алексей перекрестил их, они тут же развернулись и покинули храм. Священник пошёл к выходу.
– Батюшка! – из-за колонны вышла женщина в тёмном платке.
Отец Алексей остановился. Лицо незнакомое. Она заговорила тихо, почти шёпотом:
– Батюшка, очень нужна ваша помощь. Или хотя бы совет.
– Да, – священник кивнул, мягко улыбаясь, – как ваше имя?
– Елена.
– Хорошо, Елена, рассказывайте, что случилось, – доброжелательный тон священника придал женщине смелости:
– Я совсем не церковный человек, – начала она, – просто я была соседкой отца Иоанна из Никольской церкви.
– Почему была?
– Он умер, – Елена вздохнула, – а перед смертью посоветовал обратиться к вам.
– От чего он умер?
– Нужен был QR-код, чтобы покупать еду для детей. Он вакцинировался, а через месяц умер от осложнений.
– Не понял, – священник приподнял брови, – какие дети? Он же не был женат!
– В том всё и дело, – Елена приблизилась и заговорила ещё тише, – вы же помните, как это было? Обязательная вакцинация, потом закон об эпидемиологической безопасности, QR-коды, цифровой иммунный паспорт, новая волна вируса, аресты тех, кто не сделал прививки, лишение их родительских прав, изъятие детей для «Сириуса». Помните?
Отец Алексей кивнул, женщина продолжила:
– Так вот, некоторые верующие люди перед арестом приводили своих детей к батюшке Иоанну, и он их прятал.
– А как же полицаи? Они разве детей не искали?
– Нет. У батюшки родственник служил в полиции. Он делал какие-то документы, и детей не искали.
– Где этот родственник сейчас?
– В тюрьме. Его недавно арестовали. По телевизору сказали, что он коррупционер.
– А что с детьми? Где они? Сколько их?
– Перед смертью батюшки мы перевезли детей ко мне на дачу. Это в Новой Москве, недалеко от ЦКАД. Двенадцать детишек от пяти до пятнадцати лет. Я вакцинировалась, чтобы получить иммунный паспорт и QR-код. Иначе нельзя – кругом камеры. Только выйдешь, сразу арестуют.
– Что же делать? – задумчиво сказал священник.
Елена тронула его за рукав:
– Батюшка Иоанн рассказывал, что за Нижегородской агломерацией, двести километров на север, есть монастырь. Рядом – брошенное село. В монастыре живёт старенький монах – священник. Не помню, как его зовут, но к нему в монастырь бегут многие верующие, со всей бывшей России. Отец Иоанн благословил меня отвезти туда детей. Сказал, что вы поможете.
