6. Се пяди положил ecu моя. Меры, делаемые рукою, суть следующие: сажень, локоть, пядень, и полупядень; а тут пядень меньше всех означенных мер, мера в четыре пальца руки и считается третиею частью пядия. Итак, сим треть-пяднем Давид изобразил малое количество жизни своей, назвав дни треть-пяднями, то есть, по счету самыми краткими, так как и треть-пядня, по словам Григория Богослова, Феодорита, Оригена и Афанасия, есть самая малая мера в сравнении с другими. Или, по разумении Оригена, назвал дни свои треть-пяднями как исполненные борьбы или подвигов и зол. Итак, Ты, говорит, Господи, малочисленными сделал дни жизни моей: ибо Давид знал неопределенно, что не много времени имел жить, как это открывает и в другом псалме: малочисленность дней моих возвести мне (Псал.101, 24); хотя того, сколько именно назначено было в счет сего краткого времени, он не знал, почему и желает узнать. А называет (Давид) остальную часть жизни малою по сравнении со многими прошедшими летами своей жизни *). Надобно притом заметить, что наречие—вот—в еврейском языки употребляется часто в значении вообще или указания чего-либо, или приближения времени, а здесь поставлено вместо - как видишь, что также значит указание, как означает близость времени и в сих словах: и я шел мимо, и вот не было его (Пс.36, 38), то есть, вдруг не стало его, ибо—вдруг—означает приблизившееся время.
*) Слова Афанасия: Ты, говорит, безначален и безконечен, а наша жизнь как бы пяднями и полу-пяднями измерена. А сим изобразил маловременность человеческой жизни (в изд. Своде).
И состав мой, яко ничтоже пред Тобою. Отселе Давид начинает уничижать тленность и временность человеческого естества: состав, говорит, или бытие мое, иначе—я весь, как ничто в сравнении с Твоим блаженством и вечностью; ибо это означает—пред Тобою. Ты, Господи, один и тот же, и лета Твои не оскудеют (Пс.101, 28); а я—человек изменяющийся — становлюсь другим с каждым днем и вместо того, чтобы, быть царем, я теперь нахожусь в бегстве и дни мои проходят на подобие тени *).
*) Слова Григория Нисского: Вообще человеческая кратковременность, в сравнении со вселенною ничто, как говорит знавший хорошо существо наше Давид, что состав мой, как ничто пред Тобою, не называя оный вовсе ничтожным, но—подобный ничтожеству, чрез сравнение с небывалым изображая чрезмерную краткость. Итак, поелику Ты существуешь всегда, а мое бытие вовсе не велико и кратко и как бы совершенно ничто пред Твоими глазами; то не попусти долго мучиться падшему по немощи и носить рану во все продолжение жизни.
Обаче всяческая суета,—Обаче (впрочем) некоторые почитали излишним, а другие думают, что это слово поставлено вместо—поистине. Ибо взирая на жизнь как прежних людей, так и на свою собственную и, помыслив, что она непостоянна, неровна и неверна, сказал, что поистине все видимое в мире—суета, то есть, не надежно и богатство, и слава, и юность, и красота, и величина, и мужественность, словом все человеческие блага. Впрочем, само собою явствует, что духовные ж душевные блага различаются от телесных и временных благ, почему они и не подлежат сему приговору Давида *),
*) Посему один толковник говорит: Потому-то и суета сует, все суета, по словам Екклезиаста, как суетного суетнее (жизнь) и нетвердого, или несуществующего ничтожнее. А Симмах вместо—суета—перевел—пар.
Всяк человек живый. Сказано—всякий человек живущий, вместо—вся человеческая жизнь. И это свойство еврейского языка, что он употребляет неделимости вместо отвлеченностей, к каковым выражениям относится и следующее: Всяк человек ложь. Итак, вся, говорит, жизнь человеческая—суета, чем изъясняются предыдущая слова (стиха); а жизнию человеческою называет телесную, а не духовную.
7. Убо (подлинно) образом ходит человек. В образе (в виде образа)—проходит—имеет смысл тот, что человек проводит жизнь свою, на подобие живописного образа, как изъясняют Василий и Феодорит. Ибо написанной картине нисколько не полезна красота цветов, или большая величина ее и тому подобное: так и человеку бесполезны житейская благоуспешность и слава. Или—в виде образа— означает то, что человек живет на подобие образа и тени, а не поистине и на самом деле, по причине неблагонадежности и непостоянства всего человеческого, как изъясняют Афанасий, Кирилл и Феодорит *).
*) Другие в рассуждении сего сказали, что каждый человек в образе проходит, то есть, настоящую жизнь—по своему виду, или по своему отдельному понятию, ибо каждый поступает по своему воображению, иной— имея целью богатство, иной—достижение славы, а иной другую цель и конец. Или: по образу ходит человек, то есть, по образу умственного мирa и истины; потому что, как говорит Дионисий Ареопагит, чувственный мир сей есть образ умственного и чувственные вещи суть образы умственных, или истин.
