Положих устом моим хранило, внегда востати грешному предо мною. Самое удобное и легкое орудие греха есть язык, потому то Давид принял великое старание об исправлении его. Грешником он называет Семея или за нерадивую и греховную жизнь его, или за показанное им посредством открытого поношения Давида бесстыдство и дерзость, поелику этот бесстыдный, идя по следам Давида, злословил его и бросал на него камнями с пылью. Итак, Давид говорит, что я, принимая ругательства от Семея, молчал и не сказал ему противного слова.
8. Онемех и смирихся, и умолчах от благ. Добровольно, говорит, я сделался немым и не отвечал поносителю моему Семею, памятуя, что за грехи мои попустил ему Бог восстать на меня с ругательствами. При том сказал—я умолчал—от благ, то есть, от благости моей, ибо, имея возможность защищать свою честь и наказать Семея, я этого не сделал по благости и милосердно своему, почему, когда Авесса, сын Саруи, устремился к умерщвлении Семея, был остановлен Давидом, сказавшим ему: оставьте его и так, пусть проклинает, ибо Господь сказал проклинать Давида; и кто скажет, для чего ты так сделал? (2Цар.16, 10) *).
*) Великий Василий это изъясняет так: Когда восстал, говорит, против меня грешник, я не раздражался и не отмщевал, и не стоял наравне с поносителем моим, но молчал, потому что был вне всякого добра (т.е. я—злословимый) и, вместо мщения злословившим меня, я напоминал себе о грехе. Феодорит: Когда пеня злословил он, мне пришел на память грех, на который я дерзнул. Некто другой: Когда он нападал, тогда я молчал, не почитая мщение благом. Ибо это значит—от благ, потому что терпящему обиду, мщение кажется добром. Или: когда грешник на меня восстал, то онемев на слова, я умолчал о тех благах, о которых начал речь. Или: от добрых учений о вере, потому что не должно отвечать на спорные слова. Или сказано по обычаю употребления похвальных наименований (вместо означающих худое что либо) от благ вместо—от зол. Или, по переводу Симмаха: не будучи в добром состоянии и не имея смелости, я вспоминал слова: согрешил, молчи (в изд. Своде). А. иные изъясняют это так: я умолчал от благ вместо: по причине благ, которые доставляет в таковых случаях молчание. Прибавим из Oригeнa: умолчал, говорит, чтобы та болезнь, которую я имел от чувства, когда освобождался от грехов, не возобновилась чрез укоризны его. Также Григорий Богослов в слове о мире: я онемел и смирился, потому что был далек от всякого блага; почему по его изъяснению предлог—от (от благ) означаешь тоже, что отвне .
И болезнь моя обновися. Когда, говорит, Семей меня бесчестил и проклинал, возобновилась в душе моей скорбь о грехах моих, потому что тогда стал я видеть ясно, что выполняю наказание за грехи мои.
4. Согреяся сердце мое во мне, и в поучении моем разгорится огнь. Когда, говорит, я терпел поношение от Семея, у меня воспламенялось сердце яростию, по словам божественного Кирилла; но я был великодушен и запретил гневу. Сказав—во мне— он сим открывает, что он не обнаружил гнева своего. Вовсе не возмущаться гневом по причине ругательства—это дело совершенного человека; а не обнаруживать гнева, но заключив его в сердце, переносить ругательства в молчании, это свойственно, по словам того же Кирилла, успевающему в добродетели. Когда, говорит, скажем, согласно с Феодоритом, я рассуждаю и воспоминаю о грехах, произведенных мною и постигших меня бедствиях за оные, то в сердце моем всегда возгорается огонь печали, который жжет мою душу *).
*) По словам Григория Нисского и преподобного Нила, размышление о божественных словах Духа, когда мы их как бы утончаем, разжигая и испытывая оные, истребляет вещество худых помыслов и производит умственный огонь, который, согревая ум, приготовляет его к сильной молитве и представляет прошения Богу с разумом. Ибо, в ком размышление о божественных словах вожено огнем Давида, у того, возгоравшись огонь любви к духовному созерцании, сильное стремление свое превращает в высокий пламень. Оригена: Размышляя, говорит, о божественных словах, я горел, как Клеопа и бывшие с ним, говорящее: Не сердце ли наше горело в нас? или: воспламенялся печалью и не говорил, согласно с сими словами: гневайтеся и не coгрешайте, ибо не страдать от гнева—это выше нас, а—с разумом—это возможно святым (в изд. Своде). Также Феодорита: Воспоминая, говорит, о грехе своем, я возгорался огнем печали. И Пахимериса: Ибо если бы сердце мое не было согрето непрестанным размышлением о любимом предмете и обращением и кружением около него, то не воспламенился бы огонь возвышения и совершенства, согласно с сказанным: и в размышлении моем возгорится огонь (под 10-ю главою Дионисия о Небесной Иерархии).
