15. Человек, яко трава, дние его, яко цвет сельный (полевой); тако отцветет. Дни, говорит, жизни человеческой временны и скороувядающи: и как луг ныне представляется украшенным различными и разновидными цветами, а спустя немного времени является безобразным, потому что цветы его и травы увядают, так и человек ныне представляется красивым и благообразным, а чрез несколько времени увядает и погубляется смертью. Хотя же Соломон и говорит: велика вещь—человек и драгоценна — человек милостивый (Прит. 20,6), но ты, возлюбленный, сим не возмущайся и не думай, что Давид говорит противно Соломону, отец своему сыну. Напротив того, поскольку человек создан двояким способом, по телу из ничтожной персти и тонкой пыли, а по душе чрез животворное вдуновение Божие; то посему, по причине смертности тела, человек Давидом здесь уничижается и мало уважается, а по бессмертию души Соломоном возвышается и похваляется. Ибо человеку испытываемые им болезни и труды не делают чести, а добродетели и подвиги, которые он совершает, доставляют ему честь. И таким образом человек есть великая вещь, потому что, сохраняя заповеди Божии, он уподобляется Богу и делается наследником царствия Его; напротив того, человек есть самое низкое творение, потому что, преступая заповеди Божии, он делается рабом грехa и подвергается вечному мучению*).
*)Слова великого Василия: Итак, когда ты увидишь былинку травы и цвет на ней, то взойди мыслию к природе человеческой, воспоминая подобие приведенное пророком Исаиею, что всякая плоть трава, и всякая слава человеческая, как цвет травы. Ибо кратковременность жизни и непродолжительное удовольствие и минутное благоденствие человека составляют у пророка самую существенную черту подобия. Тот, кто ныне телом цветет и имеет цветущую красоту, завтра жалок, ибо или увядает от времени, или отощается от болезни. Такой-то знаменит по причине славы и богатства, но потом нечаянно похищается и погибает, и слава его оказывается сновидением; почему и прилично употреблено пророком уподобление славы человеческой самому слабому цвету. Кирилла: А мы, несчастные, хотя и созданы нетленными, но, подобно тени и полевой зелени, на краткое время и едва только отцветши, неожиданно падаем в землю, как в мать, имея ее питательницею и гробом. Златоуста: По словам Исаии человек есть трава, а по Давиду даже и не трава, но подобный траве: человек, говорит, не трава, но как трава. Григория богослова: Такова временная жизнь у живущих нас. Такова игра на земле—мы возникаем из ничего, и, возникнув, разрешаемся мы тоже, что беглый сон, некий неуловимый призрак, цвет временем рождающийся и временем облетающий. Человека как травы дни его; прекрасно рассуждал о нашей немощи божеств. Давид. Некоторые же учители, изъясняя сии слова Давида с большею пытливостью, говорят, что не сказал: как цвет в саду, но полевой, чтобы тем точнее изобразить кратковременность жизни человека: потому что садовые цветы, как охраняемые садовниками, остаются невредимы долее, а полевые, как не охраняемые людьми, и попираются земными животными и уносятся людьми, и повреждаются птицами; почему и менее продолжительны (в Политическом зрелище).
16. Яко дух пройде в нем, и не будет (не станет) и не познает ктому места своего. Духом Давид называет здесь воздух. Поскольку каждое животное, дышащее воздухом, тленно, то и человек, как подобный ему, также тленен: потому что воздух входит и в человека чрез вдыхание и также выходит посредством выдыхания. Или, по словам Феодорита, под духом мы должны разуметь душу, которая проходит все тело и в назначенное время смерти исходит из тела, и человек не существует более в настоящей жизни по причине смерти. Человек не узнает также более места и жилища настоящей жизни; поскольку переходит в другое место и жилище. Притом и дух, т. е. душа, по разлучении ее с телом, не будет более существовать, т. е. обитать в теле, как существовала и обитала в нем прежде в настоящей жизни, и не узнает более места обитания своего, т. е. тела; потому что хотя при воскресении и получат души опять тела свои, но не получат таковыми, каковы были прежде, т. е. тленными и подлежащими бесчисленным изменениям. Итак, прилично сказано, что по причине отличия сего души, не узнают их.*)
*) Слова Феодорита: Духом называет душу, от присутствия которой тело живет и действует, а по отлетении ее теряет жизнь и погибает оно, так что не могут быть узнаны прежние его черты, и даже быть узнано то, что одно принадлежит такому то, а другое другому. И ты это можешь узнать вернее, когда проникнешь во гроб. Ибо все они равно делаются пищею тления и не сохраняют прежних свойств.
