«Не подумайте, что Я ищу у вас славы человеческой; ведь Я знаю вас; Я знаю, что вы не любите Бога, что вы любите только себя. Любя исключительно себя, вы не принимаете тех, которые обличают вас; так, вы не приняли Иоанна, не принимаете и Меня, пришедшего во имя Отца Моего. Но, если кто придет во имя свое, не по повелению Божию, и будет льстить вам, того вы примете, того будете прославлять. Я знаю, что вы дорожите славой людской, взаимным самовосхвалением более, чем той неземной славой, какой может прославить только Бог; при такой испорченности ваших душ вы и не можете веровать в Меня».
Вся эта беседа не что иное, как открытое объявление Иисусом Своего равенства Отцу, открытое объявление Себя Сыном Божиим. И проведена она Иисусом вполне спокойно, бесстрастно, без малейшего желания возвеличить Себя, но с единственной целью вразумить заблуждавшихся фарисеев, что истинный Мессия должен быть Сыном Божиим, а не царем-завоевателем, и что Он, Иисус, и есть этот Мессия, Сын Божий. И доводы, приведенные для убеждения фарисеев в этой истине, строго логичны. Чудеса может совершать только Бог; в этом никто не сомневается. А так как Он, Иисус, совершает их, следовательно, Он равен Богу, и потому нет никаких оснований не признавать Его Сыном Божиим.
Сознавая логичность этих доводов и не смея отвергать совершения Иисусом чудес, фарисеи несколько позже придумали кощунственное возражение Господу и стали распускать в народе слух, что Он совершает чудеса не божественной властью, а силой диавольской (Мф 12:24; Мк 3:22; Лк 11:15).
Упорные книжники не убедились доводами Иисуса. Они не отвергали Писания, но потеряли способность понимать его; они ждали не такого Мессию, который будет их обличать и ставить ниже мытарей, а такого, который оценит их по достоинству и поставит их в своем царстве выше всех. Они ждали такого Мессию, который придет во имя свое (Ин 5:43) и будет действовать от своего имени. Они отвергли поэтому Иисуса, пришедшего во имя Отца Своего, от Бога.
Непреклонное упорство книжников могло бы возмутить всякого человека; но кроткий и всепрощающий Иисус не возмутился. Уходя от них, Он все еще хотел вразумить их и с грустью сказал: «Не думайте, что за такое упорство ваше Я буду обвинять вас пред Отцем (Ин 5:45) Моим; вас будет обвинять Моисей, на которого вы надеетесь. Он писал обо Мне, и если бы вы верили ему, то поверили бы и Мне. Но вы не верите и Моисею; вы никому не верите; как же вам верить Моим Словам?»
После этого объяснения (тотчас или же вскоре, Евангелист не говорит) Иисус ушел из Иудеи в Галилею.
Недолго Иисус пробыл в Иерусалиме. Евангелист Лука говорит, что в первую субботу по втором дне Пасхи Он проходил засеянными полями. Возвращаясь ли в Галилею или придя уже туда шел Иисус полями, – неизвестно и несущественно; для нас важно указание Евангелиста Луки на то, что это произошло в первую субботу по втором дне Пасхи.
Пасха праздновалась евреями 14-го числа первого весеннего лунного месяца, нисана, в какой бы день недели ни приходилось это число. 14-го нисана вечером ели пасху; второй день Пасхи, с вечера 15-го нисана, был праздник опресноков; опресноки ели семь дней. Пасха совпадала со временем жатвы хлеба; по закону Моисея, на другой день праздника Пасхи надлежало приносить священнику первый сноп жатвы, а до этого дня воспрещалось есть новый хлеб и зерна, сырые и сушеные (Лев 23:5–6, 10–11, 14).
Таким образом, если Иисус был уже в первую субботу после второго дня Пасхи вне Иерусалима, значит, Он пробыл этот раз в Иерусалиме весьма недолго.
Примечательно, что фарисеи почти везде и всегда следовали за Иисусом, следя за каждым Его шагом и придираясь ко всякому нарушению их обычаев и преданий. Следовали они за Иисусом и теперь, и когда увидели, что проголодавшиеся ученики Иисуса срывали колосья, растирали их руками и ели зерна, то тотчас же заметили Иисусу: «Смотри, что Твои ученики делают в субботу».
