Редакция и к этому времени еще не имела первого экземпляра этого романа, и лишь 23 мая Вы представили нам 175 стр. из него, которые 29 мая и были засланы нами в набор с тем, чтобы уже в 8 номере можно было начать его печатать. Рукопись была направлена в набор без единой поправки, что, разумеется, не означало, что в них не было необходимости. Но мы, идя Вам навстречу, решили внести их с Вашего согласия уже в верстке.
И вот итог: в ответ на наше столь внимательное и неформальное отношение к автору я получаю от Вас раздраженную и оскорбительную по своему тону телеграмму, выражающую недоверие к редакции журнала. Признаюсь, ничего подобного никогда не приходилось получать за всю мою уже довольно длительную жизнь в литературе. И даже слышать о чем-то подобном не приходилось.
Ну что я Вам могу ответить?
1. Ничем не вызванное с нашей стороны недоверие к редакционному аппарату «Юности», Ваша постоянная раздражительность и агрессивность по отношению к людям, старавшимся Вам помочь дружеским советом, отнюдь ничего не навязывая Вам, Ваша недопустимая, на мой взгляд, резкость суждений о работниках, трудящихся над рукописью и авторов «Юности», Ваше адресованное им выражение «жлобы», «перестраховщики», — все это я не могу считать нормальным в обычных деловых отношениях между автором и редакцией.
2. Учитывая все сказанное, работники журнала «Юность» приняли единственное возможное в таких условиях решение: не делая пока никаких поправок в рукописи, сдать ее в набор в том виде, в каком Вы ее представили, и лишь после получения всех замечаний соответствующих, специально уполномоченных на то инстанций, произвести вместе с Вами и, разумеется, с Вашего согласия окончательную правку.
3. Мы не нарушили ни одного из своих обязательств, предусмотренных в подписанном Вами договоре. Строго соблюдены все сроки прохождения рукописи в редакции. К Вам не предъявлено ни одного требования, которое договором не было обусловлено.
Таким образом, Ваше беспрецедентное решение расторгнуть с нами договор и требование вернуть Вам рукопись не обусловлено причинами, зависящими от редакции, а целиком продиктовано Вашим личным желанием, что, естественно, повлечет предусмотренные авторским правом последствия.
