Приличные и хорошо одетые.Вас несколько, сидели в комнате.В лиловом полусвете…Припомните, припомните……Вы возглашали МаяковскогоИграли в ум и мудростьУдачными формулировками..А я, – я видел вашу скудость.Но я увидел больше – ваши ликиОтравленные и некрасивые.Дрожали душа ваши дикоВ порыве тягостно-трусливыеВы дерзкие, вы – полубоги.Свет потеряли навсегда..У вас мозги дрожали, как и ногиИ гордость канула куда?!Мой взгляд на ваших лицахНечеловеческих-сиреневых…Хотели вы и не могли молитьсяС дрожащими коленями

12 февраль,1919 год.

<p>Три истины от Сенса</p>(Идилия Белого лотоса).– Бессмертна душа и растетИ к самому небу приблизитсяТело и тлен наш умретДо смерти же Дух не унизится.Начало, дающее жизньВ Нас и вне нас и во-векИ в мире – единой отчизне,Где проживет человек, –Всегда остается благим,Нельзя его видеть и слышать.. . . . . . . . . . . . . . .Голос Бога услышан.И каждый законы воздастСебе самому человекМожет и душу предатьЧерному Духу во век.Назначить по вере преграду, –Иль кару призвать по грехам, –Творец своей тьмы и отрадыВластитель над много – я сам.

10 февраль 1919 год.

<p>Смерти и Жизни</p>Смерть, спустись мне с гордыми цветамиСпрячь скелет свой в белые шелкаНе клонись холодными зубамиИ коса пусть не мелькает…Обласкай меня высокой грезойБудь нежна в последние мгновеньяЖизнь, не уходи с угрозойА умри улыбками и пеньями* * *…Потеряны светы и кануло всеУтрачены чудные силы, –А как оглянусь за плечо –Могилы чернеют, могилы…* * *О, кто б мое сердце раздвинул –Раскрыл бесконечным кольцом –Принять все сиянья небесИ шопот истлевших могил* * *<p>Мартелии<a l:href="#c009"><sup>*</sup></a></p>Истории моей смерти[1919]

27 ст. ст. Январь 1918 год.

Гнилой Угол

Хай-шин-вей

Комната Таланы Сольвейг

Сос

ВЕНЕДИКТ МАРТ

ЭДГАРУ ВЕНЕДИКТОВИЧУ

МАРТУ

моему первенцу покойному

сыну.

<p>Жених черный</p>

Я зимой на кладбище поймал Ворона.

Он прожил со мной до весны.

* * *

На исходе Марта я купил два обручальных кольца. –

Одно я привязал к крылу черному, – другое – проглотил – в сердце.

Я обручился с Вороном.

Скорбно поцеловал его мигающие глаза. И он отлетел от меня на исходе Марта.

* * *

…Солнце будет играть у крыла черного.

Луч солнца раздробится на золотом кольце…

И луна! и звезды!

Не тронут черви в сердце трупа кольца.

– Минуют черви.

<p>Щель</p>

Посвящаю Серафиме Захарьевне Лесохиной – жене моей.

27 ст. ст. Январь 1918 год.

Было так тесно, так тесно! Смерть приплюснула меня. Доски были ароматны… но так угрюмы, так строги! Было безысходно темно в гробу. И я стиснул веки до нервов.

И долго я тосковал в буднях зимы и смерти.

Весной приползли черви. Остановились в гробу.

Я был так рад, тронут визитом живых! Ведь я отвык от жизни!.. Последние гости, черви – они изласкали меня до костей.

…Толпы червей разнесли меня в Бессмертье!

И в смерти – щель!

Я скрылся в траве. – Прорвался травой…

– Знаете о чем шептали те травы! –

– «Подайте коровьи желудки – Март хочет снова к человеку!»…

<p>Слезы черные</p>

Драгоценному Николаю Варфоломееву.

27 ст. ст. Январь 1918 год.

Я растерзал ночь. Черные клочья я расшвырял по углам комнаты…

– Но за окном!!!: –

Она давилась в стекла!

Упорная мгла просочилась черной кровью в стекла!.. У подоконника – на полу запекалась. Черное пятно – лужа мглы!

Я смыл и это пятно: – Смыл лучами свечи. Поставил свечу на подоконник!

Язык желтый лизал фитиль и мглу заоконную.

Трепетали в углах скомканные клочья ночи.

Уязвленно и пытливо моргали углы комнаты…

Вдруг раскрылась дверь.

Вошла тусклая Пустыня…

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Все книги серии Собрание сочинений

Похожие книги